Тюрки или монголы? Эпоха Чингисхана

) – гениальный учёный, востоковед, основатель китаеведения в России, писал: «Национальная гордость и презрение китайцев к иностранцам внушили им способ … изображать иностранные собственные имена знаками, имеющими смысл какой-либо язвительной насмешки» [3, с. 109].

Современный исследователь средневековой литературы о Чингисхане А.Г. Юрченко об особенности подобного сказания писал: «Перед нами шедевр апологетики новой мировой власти. Несомненная ценность этого текста в его идеологической направленности.

Иными словами, средневековые писатели конструируют историческую реальность. Попытки современных историков обосновать достоверность той или иной версии является продолжением этой практики. «Реальности» продолжают множиться. Это единственный твердый факт» [140, с. 14].

Для сравнения: старшее поколение, видимо, еще помнит о литературном советском реализме в сталинскую эпоху. Нечто подобное изложено в «Сказании…», применительно к своему времени.

Современный казахский учёный К.Ш. Хафизова о сущности китайской истории говорит следующее: «… Документы в процессе подготовки сборников зачастую подвергались значительной обработке: сокращениям, купюрам, порой их содержание просто пересказывалось. Наглядным примером служит стотомный сборник «Дай Цин личао шилу», хранящийся в архиве Гугуна в Тайбэе (Тайвань). В нём даются выжимки документов и их сокращённые и урезанные редакторские коррективы, руководствуясь сложившимися политическими установками» [130, с.

10].

Александр Бушков – современный новатор по некоторым историческим вопросам, ссылаясь на учёных с кафедры истории Китая при МГУ им. Ломоносова, пишет: «Обычно каждая новая династия после своего утверждения на престоле создавала комиссию профессиональных историков, в задачу которых входило написание истории предшествующей династии. Всего таких историй традиционно насчитывается 24». И далее: «Двадцать четыре раза китайскую историю переписывали напрочь… Неугодные правительству книги изымались.

Между 1774 и 1782 годами изъятие проводилось 34 раза» [14, с. 96–97]. Таким образом, исходя из сказанного, какая по счёту копия и из какого варианта «Сказания» китайского производства дошла до нашего времени, определить практически невозможно. И всё-таки следует отдать должное китайским переписчикам – колорит и дух монгольской истории они сохранили.