Приказано: выстоять!

О людях, которые стали его костяком, о рабочем классе Тулы, о силе партийного руководства обороной города, о тех безымянных героях, которые сложили головы у стен родного дома, не пустив врага дальше, на Москву. О Красной Армии, с воинами которой плечом к плечу мы выстояли в лихую годину гитлеровскогонашествия.

Вполкуневелсяархив,имногиегероическиестраницыобороны Тулы остались лишь в нашей памяти – свидетелей и участников тех грозных событий сорок первого года. Куда бы ни забрасывала потом меня судьба – на Брянский фронт, где был заместителем начальника штаба партизанского движения, в Белоруссию, в Югославию, куда был послан заместителем начальникавоенноймиссии,намирныестройки,гдепришлосьработатьпослеПобеды,—всеэтигодыяощущалдолгпередвоинами рабочегополка,передподвигом,которыйонисовершили.

Потому и решился написать книгу, рассказать в ней, как сражались, как выстояли,как побеждалитуляки.Невсесохранилапамять, о многом напомнили мне письма ивстречисветеранамиТульскогорабочегополка.ПриношуглубокуюблагодарностьА. В.Калиновскому,А.А.Елисееву, Н.И.Журило,А.Т.Алексееву,Б.М.Сосонкину, П. Д. Шишкину, С. И. Марухину, Е.Н.Паньшиной,И.Д.Васильеву,А.А.Тимофееву,Г.А.Чепурному,моимбольшим друзьям-косогорцам и многим другим, ктопомогвработенадкнигой.

– Искренне благодарен журналисту Василию Михайловичу Карпию, который не только сделал литературную записьмоихвоспоминаний,ноипровел вместе со мной большую исследовательскую работу по восстановлению хронологии событий сорок первого года, по поиску людей, создавших бессмертную славу полка.

Эта книга – память о грозных событиях, о туляках, любовь к которым я пронесу через всю жизнь.

Глава I

…До сих пор помню прикосновение стетоскопа к груди и заключение старого врача, который, выбив дробь пальцами у меня на спине, сказал:

– Вашему здоровью позавидует любой. Куда желаете? В какой род войск?

– Вон в ту дверь желает, – не дал мне ответить военком и показал в дальний конец коридора. – В номер семнадцатый. Мы к этому молодцу давно приглядываемся…

Признаться, я не понял последней реплики военкома.

Пошел. У двери на стульях сидели три моих ровесника. Что нас ждало за этой таинственной дверью, мы не знали, а те, кто выходил из комнаты, улыбались загадочно и неопределенно.

– Горшков Анатолий Петрович? – молодой загорелый человек, сидя за столом, внимательно оглядел меня.

– Так точно, – по-уставному ответил я.

– Расскажите о себе.

Что я мог рассказать? Детство прошло в деревне, у бабушки.