«Сатурн» под прицелом Смерша

Советские воины и добровольцы-ополченцы из Москвы, попавшие в плен в ходе операции, содержались в немецком пересыльном лагере № 184 в Вязьме. Смертность в заточении доходила до 300 человек в день. Хоронили наших воинов, попавших в плен, на окраине города, во рвах длиной в 100 метров, вырытых бульдозерами. Землю образовавшихся могильников утрамбовывали гусеницы немецких танков.

Сейчас земля над захороненными советскими гражданами используется под поля, огороды, дачные участки и дома в пределах города.

Что это? Наверное, результат равнодушия, безучастия или беспамятства. Когда-то поэт сказал:

В беспамятстве небесный свод над нами,

В беспамятстве простертая земля,

В беспамятстве раскинулись – хлебами

И семенами пьяные поля…

Старший лейтенант А. И. Козлов с группой бойцов несколько раз предпринимал попытки выйти из окружения. Но огненное кольцо, созданное немцами, было таким плотным, что он решил не рисковать жизнями своих подчиненных и направиться в район недавно оккупированного Дорогобужа с его густо-лесистым достоянием, и, создав партизанский отряд, продолжить борьбу с фашистами.

Сделать это ему удалось с большим трудом, т. к. он встретился со вполне реальными трудностями – отсутствием достаточного вооружения, проблемами с питанием и надежными местами обитания группы разношерстных по возрасту людей, хотя и объединенных единой целью борьбы с захватчиками. По пятам небольшого отряда молодых людей, не совсем освоивших тонкости партизанской жизни, шли каратели, которые хотели эту жизнь у них отобрать.

«Как-то быстро на помощь немцам бросились всякого рода темные силы, – рассуждал Александр Козлов, – предатели, ставшие старостами, полицейскими, так называемыми «самооборонцами». Дезертиры прятались по чердакам и в подпечье.

Партизаны были поражены быстрым изменением поведения в сторону покорности некоторых сельских граждан, на которых обрушилась лавина немецкой пропаганды. Им толковали, что тевтонцы идут разрушить ненавистные селянам колхозы, вернуть землю и дать бой большевистской власти, состоявшей главным образом из евреев, которым наплевать на жизнь простого россиянина.

Селяне были запуганы карательными санкциями за общение и прием красноармейцев, выходивших из окружения, и партизанов.

В одной из деревень под Дорогобужем группа Козлова наткнулась на добродушного старика, который слезно попросил не заходить к нему в дом, но поделился куском хлеба.