«Сатурн» под прицелом Смерша

Я благодарен жизни, что она подарила мне хотя и тяжелую (рано лишился родителей), но почти сказочную юность, когда поощрялись живость и озорство, буйство фантазии и желание все делать своими руками.

Мы, тогдашние мальчишки, хорошо знали от воспитателей, что завтра – война, и были уверены: никто не сможет нас победить. А как мы романтично бредили военными профессиями! И в военное училище я был направлен по комсомольской путевке. Весной сорок первого года я стал офицером, а через месяц – бой…»

Он глубоко интересовался и восхищался героями Отечественной войны 1812 года.

В то время его кумиром был Денис Давыдов, храбро сражавшийся в тылу французов, когда командовал партизанским отрядом. Судьба распорядилась так, что почти полтора столетия спустя, он будет командовать партизанским отрядом в тылу врага на той территории, где сражался его исторический любимец.

В школьные годы он брал уроки игры на мандолине. Участвовал в кружке художественной самодеятельности. Приходилось выступать на сцене, покоряя зрителя игрой на этом мелодичном струнном музыкальном инструменте.

Еще он увлекался игрой в шахматы. Имея второй спортивный разряд по этой умственной игре, он не раз становился чемпионом района. Некоторое время работал в Александровском райкоме комсомола. В коллективах он всегда был свой.

После окончания школы Александр Козлов некоторое время трудился на разных работах: лесопилке, лесничестве, а также помогал родственникам по хозяйству. Он был свидетелем интересного времени – времени крутого замеса романтических надежд юношей и девушек начала 1930-х годов с трагическими годами конца десятилетия.

Народом они названы – «ежовские репрессии».

Юный Саша Козлов знал от родственников и соседей о более ранних репрессивных годах против своих земляков-казаков.

Обратимся к архивным документам.

24 января 1919 года по инициативе Якова Свердлова от имени ЦК РКП(б) было направлено циркулярное письмо: «Директива о расказачивании всем ответственным товарищам, работающим в казачьих районах».

В его жестоких восьми пунктах было много того, что можно назвать глумлением над казачеством. Лев Троцкий и его подручные тоже приложили руку к началу процесса массовых репрессий в отношении казачества.

Так член большевистского Донского ревкома Исаак Исаевич Рейнгольд после своего рейда по Нижнему Дону писал в ЦК РКП(б):

«Почувствовав себя победителями, мы бросили вызов казакам, начав их физическое массовое истребление.