Русские во Второй мировой войне

Величайшим предохраняющим средством против любого русского нападения является быстрая демонстрация германской мощи».

Гитлер полагал, что долгое ведение войны неизбежно обернется против Германии. Дружественные и недружественные нейтралы – СССР, Италия, США – могут перейти на противоположную сторону, как это было в Первую мировую войну. Он признавал ограниченность германских ресурсов, уязвимость Рура. Поражение этого сердца германского промышленного производства «приведет к коллапсу германской военной экономики».

Судя по меморандуму, Гитлер начинает постигать особенности современной войны. Главное – избежать позиционного траншейного противостояния. Чем дольше войска выжидают, тем больше опасность того, что англичане и французы оккупируют Нидерланды и станут угрожать сердцу германской экономики – Руру. Психологическое преимущество не должно быть потеряно. Ключ лежит в «импровизации до предела». Армия «не должна затеряться между бесконечными рядами домиков в бельгийских городах», а промчаться сквозь Бельгию и Голландию и разгромить войска противника еще до того, как он стабилизирует свою оборону.

Бронетанковые дивизии следует использовать для прорыва фронта. «Нет никакой необходимости атаковать города вовсе, задача танков – поддерживать движение армий, предотвращать стабилизацию фронтов массированными ударами по заранее определенным, слабо защищаемым позициям».

Американский историк У. Ширер задает справедливый вопрос: почему никто из противников Гитлера не сделал тех же выводов из недавнего военного опыта?

Хотя фюрер приказал войскам готовиться к битве на Западе уже этой осенью, сложности транспортировки, концентрации войск, восстановления запасов на фоне неблагоприятных метеорологических прогнозов исключили 1939 год как время выступления на Западе.

Документы свидетельствуют, что Гитлер четырнадцать раз переносил дату выступления.

Генералы роптали, они сомневались в успехе авантюрных (как им казалось) планов. А тем временем немецкий ремесленник Георг Эльзер провел тридцать бессонных ночей в Пивном зале Мюнхена, ожидая традиционного выступления фюрера перед «старыми камрадами» нацистского движения в годовщину путча 1923 г.

В одной из каменных колонн он выдолбил полость и заполнил ее взрывчаткой. Традиционно Гитлер начинал собрание в восемь с половиной вечера и оставался в зале до десяти. Взрывное устройство было настроено на девять двадцать, а Гитлер ушел в девять десять. Взрыв убил восемь человек и ранил шестьдесят.