Император костяных осколков

– Беги к лестнице! – крикнул я. – Не знаю, сколько еще смогу ее сдерживать.

Честно говоря, я не был уверен, что вообще смогу сдержать эту конструкцию.

Я не знал, зачем подставляю ради Лин свою голову. Знал только, что, кем бы она ни была, не смогу оставить ее наедине с монстром. Видно, со временем стал мягкотелым. А может, всегда таким был.

Монстр почуял, куда направлено мое внимание, и перевел взгляд на Лин. Его желтые глаза сверкнули в свете лампы, когти расцарапали каменный пол.

Самое время бежать к лестнице, но я вместо этого разумного действия крикнул:

– Эй! Заканчивай, что начал!

Вообще-то, начал монстр с Лин, но я сомневался, что он остановится, чтобы указать мне на мою ошибку.

И я был прав.

Он бросился на меня, как олень в сезон гона. Думаю, мне следовало обрадоваться, что он был безрогим. Я попятился, споткнулся на неровном полу и чуть не упал, но успел опереться на дубинку.

Какая разница – умру я стоя на ногах или растянувшись на полу?

Я занес дубинку над головой, а конструкция остановилась прямо передо мной и закряхтела.

Значит, нос – болевая точка. Даже у самых страшных тварей есть болевые точки. И еще глаза. Надо целиться в эти точки.

А еще надо было, чтобы эта огромная башка оказалась на подходящем для удара расстоянии.

По пещере эхом разнесся голос Мэфи:

– Я могу помочь?

– Можешь, если останешься там и приготовишься закрыть люк! – крикнул я в ответ и, сделав еще шаг назад, уперся спиной в стену.

Отлично. Дал загнать себя в угол. Типичная ошибка новичка, но никак не контрабандиста и капитана Императорской гвардии. Схватка с десятком мужчин на улице для меня была бы куда предпочтительнее схватки с одной-единственной тварью типа этой в замкнутом пространстве.

Всегда проверяй пути отхода – железное правило, которому я неизменно следовал. Но когда опасность грозила кому-то другому, мои мозги превращались в кашу, наподобие дынной мякоти на дне винной бочки. Я тысячи раз говорил себе, что я не герой, все без толку.

Я развел руки в стороны, как бы приглашая конструкцию к атаке.

Может, я и герой. Герои ведь все идиоты.

Пасть раскрылась, на пол закапала слюна. Конструкция бросилась вперед.

Я поднял дубинку. Слишком медленно. У меня было такое ощущение, будто я наблюдаю за происходящим со стороны и от страха вижу все очень четко.

О героях, которые приняли ужасную смерть, в народе песен не складывают.