Крынка молока и сермяжная правда

Зимой крючком с пикой выдергивали клочками-охапками, таскали в сарай в кормушку коровы. Которая с удовольствием уплетала его 3 раза в день, включая сухую землянику, от которой и я не отказывался. Хороша сибирская деревня зимой лыжи, санки, горки из снега. В марте 1949 года привезли в Пучково высланных латышей семьями и расселили их часть по домам часть в землянках, которые уже освободили немцы. У моего друга Абрама Тиссена сверстника поселилась семья поволжских немцев к этому времени, потому что мать этой семьи забеременела и ждала ребенка, их поселили на большой кухне.

Семье латышей выделили большую комнату с отдельным входом, в семье были отец, мать, два мальчика – Петр и Роберт, и девочка грудная и еще бабушка 80 лет. Худощавая, но ходившая босиком по снегу до уличного туалета, стоявшего метрах в 20от дома в огороде, потому что колодец был под крышей дома. Семью выселили из Латвии за сотрудничество с немецкими солдатами, мать стирала им белье. В 24 часа они собрали только теплую одежду, часть белья и нужные вещи. По приезду в Пучково каждой семье выдали по 3 круга подсолнечного жмыха от колхоза, остальное они видимо получали бесплатно, а может и в обмен на что-то от местных немцев. В одной землянке, освобожденной немцами Поволжья, поселили латышку-баронессу с ее дворецким моложе лет на 20. Не помню, как я попал в эту землянку, но меня поразил контраст хорошо одетой женщины и текущие струи воды по стенам землянки, в которой окон не было, а была только дверь, от которой вверх к земле была лестница в земле. Была семья, в которой были сестра и брат лет 20.брат играл на скрипке и летом 1950г молодежный интернационал из немцев калмыков, латышей в возрасте 15-22 лет устраивал на площадке возле школы под большой елью, высотой метров 10,танцы под эту скрипку и гармонь, или аккордеон. Семья этой девушки и парня была выселена в Сибирь, т. к. их отец предал брата – партизана в войну. Скрипач танцевал с моей дальней родственницей Валей-девушкой 17 лет, которая какое-то время была нянькой у наших младших сестры и брата и они какое-то время встречались. При более зажиточной жизни коренных немцев в этой деревне, имеющих свои большие города, сады и капитальные постройки, бедствовали калмыки, поволжские немцы и некоторые латыши.