Крынка молока и сермяжная правда

Мне нравился зажим для пионерского галстука, но у меня его не было, стерлось в памяти ношение пионерского галстука. какая-то активность пионерская или комсомольская. Хотя с удовольствием всегда учувствовал в выполнении общественных поручений, включая работу в драмкружке школы, где я учувствовал в спектакле «Как Иван Иванович поссорился с Иваном Никифоровичем» – роль последнего я исполнял, взяв у отца палочку от хромоты.

В 8 классе в школу совхоза «Боевой» мы ходили параллельно ж.

д. на расстоянии 2х км, год прошел достаточно быстро. С осени у меня был инцидент с нашим классным руководителем: Котенко Николай Николаевичем. Молодым мужчиной, учителем по математике. Мой сосед по парте что-то сострил, я засмеялся, после чего Николай Николаевич выкрикнул мою фамилию и сказал, что сейчас выкинет меня через форточку, толи это был синдром похмелья, он приходил на работу, выпивши, или совсем не приходил. Но математику он вел отлично. Странно, но алкоголики математику знают превосходно. Таким был и мой институтский друг в СибАДИ Михайлов Анатолий Васильевич. Весной будущего года я должен был получить летом табель об окончании 8 го класса, т.к. я переходил в школу №1 Исилькуля. И пришлось идти к нему домой и там обнаружилось, что он без жены живет с параличной лежащей сестрой, что и служило видно вместе с пьянством основным раздражителем его психики. А немецкий язык и физику нам в 8 классе нам преподавал Иван Иванович. Сын того Ивана Ивановича из 7 летней школы в Маргенау. Так вот этот молодой Иван Иванович был рослым, красивым мужчиной и часто упрекал моих деревенских товарищей немцев, вот смотрите русский Иванов лучше и грамотнее вас пишет и говорит по-немецки, чем вы немцы. И это было так. С 5-го класса, как мы начали изучать в классе немецкий язык литературный, он мне легко давался, т.к. мои одноклассники из деревни за время походов в школу, из школы, говорили по-немецки, равно как и дома, и хочешь, не хочешь, я быстро стал их понимать. Но говорить нет. Они говорили на диалекте, а учились мы на литературном. В школе я писал и говорил по-немецки без диалекта, они с диалектом. В конце 1952 года в школу «Боевого» приехал новый директор школы. Нам он преподавал какую-то историю, о эти истории первобытного , 20 века, средних веков, СССР, зарубежных стран с запоминанием.