Крынка молока и сермяжная правда

Пришло время, дали нам призывные билеты и мы усиленно изучая военное дело-карабин и прочую премудрость военной службы. Поняли, что возможно нам придется надеть и форму солдата. В другой стороне города от нас жил Коля Силкин, художник. Он, учась в школе, учился заочно в Московском художественном училище. Там же жил и Толя Хорошунов, мой дружок по СибАДИ и Мельников разбитной парень, хохотун и хулиган. Мельников, который уехал в 9 классе куда-то в Казахстан с родителями, вернулся в 10 класс и стал еще более заводным.

Был у нас здоровый парень отличник по кличке «Дыка» с хромой ногой, однажды к нему на улице после школы прицепилась ватага парней не из нашего класса. Я, с кем-то вдвоем, хотел ему помочь, но он решил все по-своему. Вывернул из соседнего забора жердь длиной метров 5, стукнул 2-3 нападающих ею. Остальные остыли и разбежались. 1954 год ознаменовался новой амнистией, созданием большого количества школ-механизаторов для целинного строительства и начала подъема целины. Весной ходили на танцплощадку у клуба железнодорожников. Летом 1954 года школа организовала турпоездку вниз по сибирской реке Иртышу, протекавшего через Омск. Группа наша, человек в 15-20 с учителем во главе, села в Омске на колесный пароход «Урал», который шлепая плицами двух боковых колес, быстро уносил вниз по течению широкой, полноводной и с быстрым течением реке Иртыш. Через 2 суток с несколькими остановками на пристанях, мы прибыли в таежный старинный русский город Тара с деревянными тротуарами, непролазной грязной дорогой летом, но с красотой неописуемой таежного леса с голубикой, морошкой и прочими северными прелестями. Неделя или десть дней молодежного отдыха пролетели незаметно, хотя комаров здесь было больше чем в нашей лесостепной зоне. И вот «Урал» пришел снизу реки и тундры, забрал нашу группу и мы, резвясь днем на верхней палубе, а ночью как-то пребиваясь на третьей нижней палубе незаметно также прибыли в Омск. По пути на пристанях в «Урал» грузили сливочное масло в деревянных дощетчатых ящиках, обитых проволокой. Грузчики их несли с пристани на «козе» – заплечных носилках по 2 ящика и однажды ящик упал на сходни, но не разбился с высоты 2х метров.

Оставшееся лето я провел в Васютино у родителей, помогал отцу косить сено, что-то ремонтировал в сарае, иногда просто бездельничал. Пару раз отец сажал меня на трофейный БМВ мотоцикл, принадлежащий детскому дому, и учил ездить, чувство было крылатое.