Вся жизнь – в искусстве

Как всегда, на первом месте – античные вазы; кроме гениальных аттических, очень хороши маленькие апулийские, необычайно тонко моделированные в подражание бронзовым. Поразила меня коллекция резной слоновой кости Х–ХIV вв., это потрясающее совершенство. Экспозиция в корне перестроена, и у меня впечатление, что многое появилось недавно, напр.: нидерландские картины ХV и ХVI вв., в частности, «Св. Лука и мадонна» Р. ван дер Вейдена и моя любимая гениальная картина – «Избиение младенцев» П. Брейгеля. После музея обедал, очень вкусно ел: бастурму и пил вино.

Вечером в Малом, смотрел «Юность». [Балет М. Чулаки]. Спектакль лучше пьесы, хотя многие типы весьма неубедительны: Семен, белогвардейцы. Одеты военные возмутительно. Декорации Т. Бруни очень хороши своей мягкой серебристой гаммой. Финальная картина эффектна, но ничего балетного не заключает. В общем, если бы не обстоятельства, то ставить не стоит. Администрация театра очень любезна и предупредительна. (…)

11 апреля 1951 г.

[В Москве, по дороге из командировки домой].

(… ) Вечером идем на «Дон Жуана» [опера Моцарта]. С Тарасовым и Элькиндом ходили в Арагви. Пили хванчкара; впечатление – божественное.

Вера на спектакль опоздала [супруга Марка Марковича Вера Ивановна]. На меня (и на публику) «Дон Жуан» – никакого впечатления! Если отбросить плохое исполнение и бездарную постановку, все же сама опера – бледная тень гениальной «Свадьбы Фигаро», ни характеров, ни интересных положений, наивная, детская (и вполне пристойная) сказочка.

Что в ней мог найти Т.А. Гофман? (…)

14 апреля 1951 г.

С утра неудачно путешествовал за керосинкой. Сдал в бухгалтерию авансовый отчет. Сегодня мне исполнилось сорок семь лет; неумолимая старость приблизилась вплотную и незаметно, подлая, подкралась ко мне! Узнал от Ерофеева [главный дирижер Горьковского оперного театра] о смерти Д.Суркова, хороший был человек. Вечером читал в Ждановском институте «Мусоргский». [Горьковский политехнический институт носил тогда имя Жданова]. После концерта бежал метров 175 к подходившему навстречу трамваю; ничего, еще могу.

Надо всетаки менять весь уклад моей жизни.

4 мая 1951 г.

Все напасти изза того, что … керосинка опять накоптила. Виноват, конечно, я, потому что ее купил. В 9 начали с Левой кидаться [об игре в теннис], потом пришла Женя, кидался с ней. Коекак попадаю по мячу, но иногда даже получается неплохо, особенно слева.

С 13 – репетиция, успел пройти только финал, 2 и 3 картины. [Весной 1951 г.