Записки одинокого человека

Не могу предположить, не знаю, что будет дальше. Но, если в этом коллективе у меня действительно есть настоящие друзья и верные товарищи, то их немного. Единицы тех, с кем я буду продолжать общаться, дружить и продвигаться дальше. Больше всех я доверяю только Дмитрию Крылову и Арсению Бессуднову. Не знаю почему, но с этими двумя ребятами мне по пути. Я уверен. Особенно с Димой, который стал для меня настоящим, а самое главное понимающим другом и верным товарищем, с которым я желаю дальше продолжать продвигаться по своему пути.

Если же говорить об Артёме Надежкине, то наши дружеские отношения оставляют желать лучшего. С каждым разом и с каждой встречей наша дружба, общение разрушаются ещё больше, чем это было до этого. Раньше мы хоть как-то общались, радовались друг другу, а сейчас сложилось такое впечатление, что мы скоро начнём рвать друг другу глотки. А если не начнём, то рано или поздно расстанемся и наши дороги разойдутся по разным сторонам. Я так чувствую и понимаю, что с ним мне придётся попрощаться раз и навсегда. Не по пути нам, мы слишком разные. Помню, как рассказывал своей местной знакомой об Артёме, о его свадьбе и очень хорошо запомнил её слова. Слова, которые заключались в том, что Артём – это единственный друг и товарищ, который меня поддержит, не оставит в беде. Да, может быть поддержит, поможет, когда будет такая необходимость, но с каким отношением он всё это сделает? Не думаю, что Артём мне поможет, всё это сделает от всей своей души и от всего своего сердца. Скорее всего, как и сейчас, он это сделает, поможет мне, но судя по тому, что я от него услышал за последние две встречи, ничего хорошего из этого не выйдет. Я знаю, что он меня не понимает, неоднозначно ко мне относится, как и многие другие, но очень обидно осознавать то, что всё это говорил мой близкий друг и давний товарищ, с которым я познакомился ещё в феврале девятнадцатого года. Честно? Обидно и я не знаю, что может быть хуже. Особенно то, что было на балконе тринадцатого ноября в пятницу вечером. Он не очень хорошо отзывался о моей деятельности, намекал на то, что я только жалуюсь на жизнь и ни на что другое больше не способен. Мне стало очень больно из-за всего этого и я ушёл в комнату, анализируя всё то, что происходит. Меня это добило и я решил пойти на кухню, чтобы выпить десять психотропных таблеток, из-за которых я не мог разговаривать, и шевелиться до самого утра. Я тогда мысленно попрощался со всеми, лёг на диван и думал, что умру из-за такой огромной дозы.