Шестая симфония

Шестая симфония

Андрей Алексеевич Авраменко

Выпив стакан холерной воды Чайковский попадает на страшный, изматывающий допрос к самой Смерти. Зачем Смерть его мучает? Что она хочет у него узнать? А может быть, это всего лишь изощрённый сеанс психоанализа, помогающий погибшим душам принять свою прошлую жизнь и разобраться в себе?

Пьеса для камерной сцены в одном акте о жизни и смерти великого русского композитора Петра Ильича Чайковского.

Андрей Авраменко

Шестая симфония

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Петр Ильич Чайковский

Смерть[1 - Роль Смерти, безусловно, может быть исполнена как женщиной, так и мужчиной: в тексте для этого специально не используются глаголы, однозначно определяющие пол.

По мнению автора пьесы, вопрос выбора актера или актрисы на эту роль будет определять и характер самой постановки.]

На сцене небольшой столик, накрытый аккуратной скатертью. На столе стоит стакан воды. Два стула по бокам от стола. На заднем плане вид осеннего Петербурга. Слышны звуки города: топот лошадей, приглушенные разговоры, звон посуды и пр.

На сцену выходит П.И. Чайковский и присаживается за столик. Все это время голос за сценой читает текст.

ГОЛОС ЗА СЦЕНОЙ. «Осенью 1893 года в Санкт-Петербурге разыгралась эпидемия холеры. К 20 октября в городских домах и больницах скончалось уже больше сотни человек. Во всех газетах широко извещалось о том, что сырая вода является главным источником холерного вибриона. Бацилла была найдена в водах Невы и даже в водопроводе Зимнего дворца.

В этот день, находясь в смешанных чувствах после премьеры своей Шестой симфонии, Петр Ильич Чайковский за ужином в ресторане Лейнера просит, чтобы ему принесли стакан холодной воды. Узнав, что кипяченой воды нет, он настаивает, чтобы подали сырую.»

Все звуки постепенно затихают. Чайковский долго внимательно смотрит на стакан и затем выпивает его. Когда он ставит стакан обратно на стол, весь свет гаснет на несколько секунд.

ЧАЙКОВСКИЙ (растерянно). Это… все? Это конец?

СМЕРТЬ. Нет, Петенька.

Это – только начало.

Зажигается свет (освещая только небольшую область вокруг стола, оставляя всю остальную сцену во мраке), и зрители видят, что на втором стуле, напротив Чайковского, сидит Смерть.

ЧАЙКОВСКИЙ. Где я? Нет. Не может быть… (встает) А как же… Я думал, что туда… (протягивает руки вверх)

СМЕРТЬ. Туда? (непонимающе) А! В смысле «Аааалилуйя!»[2 - На мотив «Аллилуйя» из оратории «Мессия» Генделя.] Туда (показывает наверх, посмеивается).