Колдовской мир. Год Единорога

Смех вышел зловещим и пугающим, и я зажала рот рукой, продолжая беззвучно трястись в припадке истерики.

Я должна собрать себя воедино. При мысли об этом страшный смех, терзавший меня, унялся, и я медленно повернулась в ту сторону, где стояли каменные Ворота Всадников. Ко мне возвращались силы, сознание прояснилось. Меня тянуло туда – к Воротам, за которыми исчезло то, что мне было нужно.

Снег прекратился, огонь почти догорел. Я должна преодолеть эту стену. Найти проход, если он есть, или перелезть через нее, главное…

– А ну стоять!

Я вздрогнула.

Ко мне приближались какие-то люди. На них были шлемы с щербатыми гребнями и прорезями для глаз и короткие меховые плащи, а острые носки сапог загибались кверху.

Гончие Ализона…

Когда они впервые высадились на нашей земле, то сражались очень странным оружием, среди которого было и такое, что извергало огненные лучи. Но после того, как порт Ализона был захвачен, оно стало встречаться все реже. Эти солдаты держали в руках обычные мечи, луки и копья.

Лучше даже не думать о том, какая судьба ждет женщину, попавшую в лапы Гончих. Всего один глоток зелья из моей сумки мог бы избавить меня от этой судьбы, но добраться до него я не успею.

– Это женщина!

Один из них спрыгнул с коня и подбежал к костру. Из-за своего шлема-маски выглядел он даже более дико и нереально, чем чудища из моих кошмаров. Видя, что я не собираюсь убегать, он замедлил шаг и, бросив быстрый взгляд по сторонам, спросил:

– Что, красавица, бросили тебя твои дружки?

– Эй, Смаркл, осторожней, – крикнул кто-то.

 – Неужто о мышеловках не слышал?

Смаркл резко остановился и нырнул за скальный выступ, а все лучники как один натянули тетиву, целясь в меня. Долгое время ничего не происходило. Наконец, прикрываясь видавшим виды щитом, в котором до сих пор можно было узнать оружие воинов из Долин, от группы лучников отделился какой-то человек.

– Эй, ты! Иди сюда, и чтоб без фокусов! Иначе живо пристрелим.

Наверное, мне стоило остаться на месте.

Пусть бы их стрелы покончили с пустотой внутри, даровали мне чистую смерть… Но желание вернуть себе то, что у меня вероломно похитили, было сильнее усталости и страха. Поэтому я послушно прошла вперед и остановилась у скалы, за которой скрючился Смаркл.

– Она из этих долинских шлюх, капитан, говорю вам! – крикнул он.

Человек со щитом побежал, петляя, к ближайшему валуну и, укрывшись за ним, скомандовал:

– Иди сюда!

Я медленно подошла.