Бойня 1993 года. Как расстреляли Россию

Боевые столкновения 1993 года, в отличие от «бархатной революции» 1991 года, унесли жизни нескольких тысяч рядовых людей (хотя и эти потери не вышли за пределы Москвы). Но руководители оппозиции живы-здоровы, они процветают до сих пор. Это необычайно для революций… Все же нравы в мире улучшаются, становятся мягче и добрее.

И не будем делать вид, что все началось в сентябре 1993 года. Революция началась в августе 1991-го, спустя два года состоялся всего лишь ее новый этап. Тут тоже ничего нового нет: все революции происходят в несколько этапов.

Во всех революциях возникают группировки, стремящиеся к разным целям.

Во время Французской революции 1789–1794 годов жирондисты, якобинцы и «бешеные» воевали друг с другом не менее яростно, чем со сторонниками короля. Во время Гражданской войны 1917–1922 годов не совпадали цели эсеров, меньшевиков, большевиков, анархистов, национальных революционеров на окраинах и в центре Империи. Все воевали со всеми.

Революция – это всегда война между революционерами, а результаты революции зависят от того, какая группировка победит.

На рубеже 1980-х и 1990-х годов на просторах рушащегося Советского Союза схватывались националисты всех сортов, регионалы, либералы, социал-демократы, народовольцы, социалисты и утописты всех мастей. Кто побеждал – тот и навязывал стране свой вариант выхода из революции.

– Но ведь это была вовсе не революция! – возразят мне наши прекраснодушные интеллигенты.

 – События 1993 года ничего не дали народу! Стало только еще хуже! Значит, это была не революция! Это была контрреволюция!

А кто вам сказал, почтенные мои, что революция вообще решает какие бы то ни было вопросы? Что она вообще является благом для народа?

Даже если считать, что революцию совершает народ (а это далеко еще не факт), то вовсе не обязательно революция делает жизнь лучше и приятнее. Да и свободнее от революции не становится почти никому.

Революционеры решают вопрос о власти. Пока вооруженная группировка решает для себя этот вопрос, воюя со всем белым светом, она ничего не создает, а только разрушает и отнимает.

Свободнее становится только в том смысле, что пока не установится новая прочная власть, ослабляется или даже вообще исчезает вообще всякий порядок. Раньше были ограничения или запреты, а теперь они пропадают.