Бойня 1993 года. Как расстреляли Россию

Что-то, помнится, и в Священном Писании говорилось о людях, променявших право первородства на чечевичную похлебку. Что тут сказать… С похлебкой у нас все в порядке.

Неудивительно, что все внешние враги всегда активнейшим образом поддерживали чужие революции. Одной из самых страшных тайн коммунистов было то, что большевицкий переворот 1917 года финансировался военной разведкой Германской империи. Кстати, финансировался он и американскими банкирами – это у нас и до сих пор страшная тайна.

Но ведь и здесь ничего нового.

Французскую революцию 1789–1794 годов активнейшим образом поддерживала Англия. Поддерживала и финансировала всех вообще французских крамольников, независимо от направления; поддерживала даже людей, вызвавших личное раздражение французских королей или влиятельных лиц Королевства Франция. Лишь бы крамольники имели средства и продолжали гадить своему государству. Лишь бы не ослабляли усилий.

Так и германская разведка платила не одним большевикам. Из 70 млн марок, отпущенных на поддержку политических радикалов в Российской империи, большевикам досталось только 3 млн.

А вообще германцы платили кому угодно, включая региональные группки, отстаивавшие «независимость княжества Аракс», или взбесившихся баб, «боровшихся с химерой стыда» и разгуливавших по улицам голыми. Лишь бы смуты делалось побольше!

Так что и в полчищах американских «советников», помогавших революции 1991–1993 годов стать как можно более радикальной, кровавой и страшной, нет ничего оригинального и нового. Все это старо, как окаменевший навоз мамонтов.

Участникам событий всегда кажется, что эти события исключительные и невероятные. Каждая любовь – исключительная. Ничего никогда не бывало такого, что происходит здесь и сейчас именно с этим юношей или данной конкретной девушкой! И каждый новорожденный – самый удивительный и прекрасный для папы и мамы (чем родители моложе – тем малыш исключительнее и прекраснее).

Люди полагают чем-то исключительной смуту, которую наблюдают, и, как спел А. Макаревич, «последней считают любую войну».

Если же отнестись к событиям реалистично, то 1993 год – совершенно обычное событие. Это завершающая фаза самой обычной революции. Событию исполняется 20 лет – срок почти что юбилейный; пора хотя бы попытаться понять, что же именно произошло и что нам теперь, после катаклизма, нужно делать.

Препояшем же чресла поясом усердия, отсечем явный бред скальпелем рационального знания, разгребем завалы истерических завываний лопатой истины.