Запретная правда о русских: два народа

Европа – это такое динамичное общество, такой успешный вариант решения общественных проблем, что весь остальной мир оказался менее успешным. При столкновении с Европой любое общество проигрывало – в том числе и при ведении военных действий.

Так было и в XIII, и в XV веках.

В XVII–XVIII веках, в век Просвещения, в некоторых странах Европы жизнь начинает изменяться с огромной скоростью. В Англии, Северной Франции, Голландии, странах Скандинавии все более властно заявляет о себе рыночная экономика… Положение людей в обществе окончательно начинает различаться по их богатству и по возможности заработать, а не по знатности рода, по уровню образования или по их угодности Богу.

В экономике стремительно растет роль промышленности и торговли.

Рациональный, основанный на науке подход к жизни все больше утверждается как норма, а традиция все менее важна.

Церковь отделяется от государства, а школа от Церкви.

Из-под контроля Церкви полностью выходят наука, искусство, образование.

И раньше, в разных обществах Востока, бывали подвижки в эту сторону, но не такие сильные.

Теперь же, в XVII–XVIII веках в Англии, Северной Франции, Голландии, странах Скандинавии рационализация отношений человека с природой и людей в обществе друг с другом идет постоянно, ускоренно и непрерывно. Этот процесс и стали называть модернизацией [3] – так, словно других модернизаций и не было.

Эта модернизация сделала передовыми кучку стран северо-запада Европы, а весь остальной мир поставила перед необходимостью догонять.

Аршин, который выстругала Россия

Да, весь мир! Океанские корабли позволили создать систему мирового хозяйства; в этой системе страны первичной модернизации заняли особенное место – центра этой хозяйственной системы. Они всегда могли предложить другим народам такие товары, которых не было никогда и ни у кого. А кое-где уже складывается система прямых колониальных захватов… Рождался колониализм.

Все народы мира оказываются перед необходимостью догоняющей модернизации. Или они смогут догнать западные страны, или они попадут в зависимость от англичан и голландцев.

Такой вызов брошен и народам, живущим на периферии Европы, – немцам, полякам, испанцам… наконец, и русским.

Немцы и поляки не относятся к числу народов первичной модернизации, но их модернизация захватила раньше и сильнее, чем Московию. К XVII веку в Московии не только англичане, шотландцы, голландцы и французы, но и немцы выступают как европейцы, как носители модернизации.