Божественная трагедия

Было странно, чтобы делать такие огромные снимки на альбомный лист и тратиться. Сейчас все показывают на планшете или смартфоне. Но Барт пояснил просто: старик – ретроград. Для него важны привычние тактильные ощущения. Ритуал важен. И планшет не оставишь – откажется. И пользоваться надо научить. А старик поколдует, может еще информацию выдаст.

И Барт оказался прав, раз дед ещё и линзу достал. «Знает, что делает!» – кивнул Макс.

– Что я могу сказать про вашу шкатулку, задумчиво произнес Александр Леонидович. – Скорее всего ларец с секретом.

Нужно нажать на дно и этот символ.

Макс с Бартом переглянулись.

– В ларце таится какая-то опасность, связанная с огнём. И мне здесь видятся шумерские символы неумело переданные. Скорее всего люди, которые делали этот ларец не совсем понимали, что передают. Отсюда и искажение. Что я могу сказать, очень интересная вещица. Не такая уж бесполезная штука ваш инть-ернет…

И старик оценивающе поглядел на Барта.

– Может, вы меня как-нибудь сводите на прогулку по инть-ернету?

Барт молча достал остальные фотографии.

Старик снова погрузился в изучение. Он возбужденно и озабоченно хмыкал, протирал линзу, кусал усы, бормотал под нос.

– Это шумерская вещица, – наконец изрек Александр Леонидович.

– Вы уверены? – воскликнул Барт.

Старик поджал губы.

– Не ассирийская, не египетская, не греческая? Именно шумерская? В Интернете пишут, что греческая, – соврал Барт.

– Молодой человек, – свысока произнес старик, – вы же можете отличить запорожец от чайки?

Макс улыбнулся: «Какой раритет, в потоке иномарок запорожец сейчас и не встретишь, а уж Чайку тем более».

– Это шумерская вещь, – твёрдо произнес дед. – причем, часть вещи… Малая часть, судари мои. Может у вас есть остальные снимки?

– Нет. Пока нет, – замялся Барт.

– Это часть нагрудной повязки, м-м-м, – пожевал губами старик подыскивая слово, – лифчик… Причем, кто-то варварски разделил эту часть туалета на несколько деталей.

– Для чего? – спросил Макс.

– Чтобы хранить в разных местах, возможно, так.

Но это всего лишь догадка.

– Соединив вместе, может дать ключ к разгадке? – выпучил глаза Барт.

– Может быть, может быть… Скажите это лежало в ларце?

– Да, – сознался Барт.

– Точно-точно шумерский, – засопел дед. – Только ларец более поздний. Намного более.

– Варфоломей Михайлович, можно я оставлю эти снимки у себя?

– Я бы просил вас об этом.

– Фантастический старик! – вещал Барт, когда они с Максом вышли.