По волнам памяти. Воспоминания в рассказах

Кучкину от капитана… Докладываю Вам, Сергей Андреевич, что штурман подготовлен к самостоятельной вахте. Ваше указание выполнил». Кучкин пишет резолюцию: «Премировать капитана».

Затем судно было приписано к судоремонтному заводу «Память Парижской коммуны» (база зимнего отстоя речных пассажирских судов, располагался в 70 км ниже по Волге от Нижнего Новгорода, в 51 км ниже города Бор). Там я встретился с Николаем Ивановичем Доловским. Он был очень опытным капитаном и, когда флот ставился на «отстой», всегда выбирался старшим.

Навигация 1959 года совпала со счастливым событием в моей жизни – женитьбой на Валечке Лабзиной.

А.: Валентина Федоровна Лабзина родилась 7 августа 1935 года в г. Коврове Владимирской области в семье рабочего машиностроительного завода Федора Васильевича Лабзина и домохозяйки Федосьи Сергеевны Лабзиной (Барановой). Кроме нее, у Федора Васильевича и Федосьи Сергеевны еще были дети: дочь Людмила (3.10.1932 г. – 19.5.1982 г.) и сын Владимир (1938 г.р.). Валентина Федоровна окончила Ковровское педагогическое училище и Горьковский педагогический институт, посвятила жизнь обучению детей, более тридцати пяти лет проработав учителем биологии в средней школе.

Ушла наша мама из жизни после тяжелой болезни 15 июля 2007 г.

Медовый месяц мы с Валечкой провели на этом пароходе. Николай Иванович очень заботился обо мне. Когда встали на «отстой» (речные суда, в силу климатических условий, ежегодно в зимний межнавигационный период стоят на ремонтно-эксплуатационных базах (РЭБ); этот период носит название «зимний отстой»), он мне говорит: «Митя, у тебя молодая жена.

Давай вставай на дежурство – сутки через трое. А потом, пока зима, – на работу в пароходство, в отдел кадров».

У меня сложились хорошие отношения и с экипажем. Например, с рулевым Виктором из деревни Шиловка, это возле г. Ульяновска. В экипаже оказалось много «шиловских». Мы старались дать им побольше заработать. Шли по расписанию, но от Горького до Казани на всех пристанях по правому берегу Волги в марийских, чувашских, татарских селах останавливались и грузились картошкой.

Каждая погрузка – «вручную», матросы бегали с «баланками», чтобы успеть всё погрузить. Приходилось порой стоять больше, чем положено по расписанию. Зато матросы могли заработать. Экипаж за это относился к командному составу с уважением. Только после каждой такой погрузки механик вынужден был «прибавлять пару», чтобы «войти» в расписание.