Жизнь в дотелефонную эру

Через "фотофон", конечно же.

Такая вот "народная дипломатия" прекрасно работала. И в Америке видели, что никто никого не захватил, а их партизан сидит перед компьютером и рассуждает с улыбкой о мрачных фантазиях киношников времен холодной войны.

Я вспоминаю это время, как хорошую и неожиданную оттепель в наших отношениях.

В это прекрасное время в моей жизни произошли некоторые изменения. Бывший в то время Главным редактором Геннадий Николаевич Селезнев ни с того ни с сего предложил мне отбирать карикатуры и юмористические рисунки для публикации в Комсомолке.

– Так я же рисовать не умею, – попытался возразить я. На что получил ответ: – А там и не надо уметь. Надо просто иметь чувство юмора!

И оно, насколько я понимал, у меня было.

Но в то время карикатуристу было сложно сделать себе имя – не в каждом номере печатались рисунки. Гонорары были крохотные, так что о профессиональной каръере и говорить было нечего.

Но при этом талантливых людей было огромное количество и рисунки были прекрасные – веселые, глубокие, потрясающие. А увидеть их кроме меня никто не мог. Газетные возможности были очень маленькие.

И тогда было решено устроить совместную выставку карикатуры СССР-США.

Нужно понимать, что "решить" и "организовать" на самом деле разные вещи. Я не буду утомлять читателя сложностями перевозки рисунков через границу, переговорами, общением с Анн Майснер, директором муниципальной галереи в Сан-Франциско и т.

 д. Но – все было сделано!

Смысл выставки был в том, чтобы стартовать в Сан-Франциско, в галерее San-Francisco Arts Commission Gallery, где к нам должны были присоедиться художники из так называемой Грейт Бэй ареа – Калифорнийского побережья, а дальше она должна была отправиться по всем 50 штатам.

Честно скажу, я очень волновался. Мы везем картинки в абсолютно неизвестную страну. Поймут ли их? А если нет? Напишут, что наши рисунки никакие.

Выражаясь мягко, не хотелось облажаться – ведь позор будет по обе стороны океана…

Нужно было выработать какие-то критерии отбора. А какие? Ведь аудитории мы не знали от слова совершенно! Решили отказаться от социалистической специфики. Американцы просто не поймут очередей за мясом и соответствующего юмора. Сообразно, все, что имело какой-нибудь локальный оттенок безжалостно выбрасывалось.