Жизнь в дотелефонную эру 2

– А если дата будет, а театр другой?

– Значит, нужна третья кнопка – с театром! Туда прыгаем!

– А если в этом театре билетов нету, а есть в другом театре?

Вот тут-то и открылась для меня сияющая вершина всего айсберга системы.

К блокам событий добавлялись заросли ценовых категорий, лабиринты адресов, джунгли времени начала и конца событий, конфигураций зрительных залов, количества мест, по которым надо было прыгать и прыгать…

Джамп мэп не помещалась на полу, заползала на стены и, кажется, была готова проглотить все место в оффисе.

При этом нужно понимать, что сейчас электронные магазины, корзины и т. д давным давно написаны и к ним привыкли, как к включению мотора машины после поворота ключа зажигания. То есть все уже дебагировано и стандартизовано, но тогда, 22 года назад, ничего этого не было. Все нужно было писать впервые, как заводить авто не стартером, а руками…

Видя, что в ближайшее время денег в этом проекте не предвидится, Гарт охладел к Тикетстриму.

Я платил, все это время платил из своего кармана.

Игорь Тишин тоже стал увядать.

– Знаешь, старичок, я тут пару клиентов потерял из-за тебя – выговаривал он мне.

Нужно было не только расписывать дальнейшие прыжки, но и тестировать написанное. Иногда оно не прыгало как надо, значит, надо было переделать, потом проконтролировать переделанное…

Я сутками сидел над схемами и лэп топом, куда был загружен наш прототип.

И, после года работы, я решил забрать все из разработки. То есть, все-таки попробовать практически продавать билеты.

Штаб-квартиру билетной компании нужно было разместить в Праге. Компьютерные ресурсы в форме двух человек находились в Химках, в Москве. Что делать?

Я предложил Жене Кузину, молодому парню, переехать в Прагу.

Он был единственным и любимым чадом у родителей и отправлять сына за границу им как-то не очень было понятно. Но, в конце-концов они согласились на переезд.

И вот, в Праге собралась наша первая компания Тикетстрим: Рассел Кац, Американец, муж моей дочери, Роберт Шрот, Чех, который до этого работал как монтировщик сцены и, следовательно, имел в отличие от нас самое близкое отношение к организации событий, Женя и я.

– Ну все, Еугени, теперь тебе надо будет ворк 25 часов в сутки! – сказал Рассел.

– Но в сутках всего 24 часа, – с компьютерной точностью ответил Женя.

Стол был у нас один. Компьютер тоже один.