Константин Великий. Сим победиши

Одного из противников он сбросил с седла, плашмя ударив щитом по лицу. Второму стрела вонзилась в плечо, он дернул поводья, его лошадь рванулась в сторону и врезалась в бок другому всаднику.

Константин спрыгнул с коня, чтобы подобрать лабарум, и вдруг заметил в метрах двадцати от себя Максенция. Их взгляды встретились. Для узурпатора настал идеальный момент перехватить инициативу. Его кавалерия перегруппировалась и начала теснить авангард неприятеля. К тому же те, кто наблюдал за сражением со стороны, видели, как пал лабарум, и, должно быть, решили, что император погиб, а чудотворная сила знамени исчезла.

Максенцию нужно было лишь приказать коннице перейти в решительное наступление, но, почувствовав на себе взгляд Константина, он не смог произнести ни слова. Узурпатор побледнел, по телу пробежала дрожь. Он развернул коня и, не оглядываясь, помчался к Мульвийскому мосту. Следом за ним в бегство обратилась его кавалерия. Правый фланг Максенция был разгромлен. Император хотел броситься в погоню: пленить его – большая удача, но неясное предчувствие предостерегло от этого.

«Сперва нужно разбить армию узурпатора, а уже потом преследовать его самого», – подумал Константин.

Тем временем в бой вступила пехота. Новобранцы Максенция не выдержали натиска опытных галло-британских войск и начали пятиться, но сзади их стали подпирать преторианцы. Установилось шаткое равновесие. Легкая кавалерия узурпатора попыталась зайти в тыл легионерам императора, но столкнулась с батавами Бертольда и была разбита.

– О Божественный, мне послать людей в погоню за узурпатором? – спросил у Константина Дидий Варрен.

– Нет, у нас каждый воин на счету, – покачал головой император. – Пусть бежит, без армии он пустое место. Главное – одержать победу!

У армии Максенция все еще было значительное численное преимущество в пехоте, но, оставшись без кавалерии, ее фланги оказались оголены. Конница Константина обрушилась на противника с двух сторон. Италийские легионы дрогнули, не выдержав такого напора, и бросились бежать, никто не хотел погибать за узурпатора.

Только преторианцы удерживали позиции: за право хозяйничать в Риме они были готовы биться до последнего.

Максенций пронесся по Мульвийскому мосту, резко осадил коня, развернулся, чтобы дать сигнал инженерам выбить подпорки, но обнаружил, что погони нет. Узурпатор не мог поверить своим глазам: его огромная армия проигрывала сражение, а план, на который он так уповал, провалился.