Колдовской мир. Хрустальный грифон

К тому же его мучил застарелый ревматизм, он был подвержен приступам лихорадки и озноба и не мог спать в холодной палатке.

И поэтому отряд под знаменем грифона на помощь южным соседям повел я. Яго очень хотел поехать со мной, но помешали его старые раны. Меня сопровождал маршал Юго.

Мой сводный брат и Роджер вернулись к родне моей матери. Там было их место во время войны. И хорошо. Хотя между нами не было открытых столкновений и даже Хлаймер перестал меня провоцировать, я все же чувствовал себя неспокойно в их компании.

На самом деле в те дни я почти не бывал в замке: бродил по долине, посещал Ульмспорт, собирал информацию для своего отца, пока он был прикован к постели. И этим я преследовал две цели: не только быть его глазами и ушами, но и узнать больше об этой земле и ее народе, которым, если повезет, я когда-нибудь буду править. Сначала меня встречали со скрытой враждебностью, даже со страхом, и я понял, что опасения Яго имели под собой веские основания. Слухи о том, что я чудовище, проникли глубоко в умы людей.

Но те, с кем я ездил по стране, кому отдавал приказы, от кого выслушивал донесения, постепенно проникались мыслью, что я обычный человек, их господин. Они не считали меня монстром.

Позже Яго сказал мне, что те, кто общался со мной, уже полностью на моей стороне и разоблачают ложные слухи. Они говорят, что любой, у кого есть голова на плечах и два глаза, может видеть, что наследник лорда ничем не отличается от остальных людей.

Мой сводный брат снискал себе дурную славу своим вздорным характером.

По его мнению, ни у кого из людей меньшего ранга не было ни ума, ни чувств и их можно было просто использовать, как человек использует инструмент. Нет, не совсем так – ведь опытный работник уважает хороший инструмент и относится к нему бережно.

С другой стороны, Хлаймер умел обращаться с оружием и, несмотря на свою массивность, был опытным фехтовальщиком с большой выносливостью. Длинные руки давали ему преимущество перед более слабым противником, таким как я.

Вряд ли в те времена я охотно встретился бы с ним на поединке.

У Хлаймера было много союзников в замке, и он постоянно это демонстрировал. Я же ни разу не уклонился от своего решения ни с кем не сближаться после того, как меня предупредил Яго. К тому же я столько времени был предоставлен самому себе, что просто не умел привлекать людей на свою сторону. Меня не боялись – и меня не любили. Я всегда был особняком.