Таджикистан 1992–2005. Война на забытой границе

Внешне спокойный, рассудительный, хитрый, говорил не спеша, вставляя глубокомысленные фразы. Не будь охраны, я бы его там и прибил – такая одолела злость!

Нарушитель на местности показал и рассказал, как он нарушил границу, как шел, где отдыхал, как преодолевал КСП и «систему». Только тогда стало ясно, почему наряды не сумели его обнаружить. Затем состоялся суд.

За нарушение границы полагалось до пяти лет тюремного заключения. Но поскольку Довлатов действовал в составе афганских бандформирований, ему вменяли в вину измену Родине.

В то время это была одна из наиболее тяжких статей Уголовного кодекса – от 12 до 15 лет заключения либо высшая мера наказания – расстрел.

В судебном процессе принимали участие и пограничники заставы «Файзабад-Кала». Некоторые уже успели демобилизоваться. Несмотря на это, их вызвали повестками в столицу Таджикистана. Например, вожатый службы собак Филиппов, входивший в день прорыва в состав тревожной группы, приехал аж из Белоруссии, из города Борисова.

Я также был на заседаниях суда, скрипел зубами, слушал.

В отношении пограничников суд вынес частное определение за ряд нарушений, связанных с охраной границы. В принципе все правильно. Что касается Довлатова, то он, на удивление, получил всего 8 лет – меньше минимального предела, который был предусмотрен в тогдашнем Уголовном кодексе за государственную измену. Видимо, суд учел явку с повинной и «чистосердечное раскаяние».

И все же у многих, в том числе и у меня, уже тогда возник ряд вопросов…

Человек восемь месяцев отсутствовал на территории Советского Союза.

Чем он занимался, где был, с кем контактировал? Простили ли ему гигантский денежный долг криминальные элементы в Душанбе? Вряд ли – местные бандиты могли убить и за меньшие деньги.

Мое мнение: Довлатов прошел подготовку в лагере боевиков в Пешаваре, где был завербован некими спецслужбами. От них он получил сумму денег, необходимую для выплаты долга, и инструкции по внедрению в качестве «спящего» агента: сдаться властям, отсидеть срок, выйти и начать действовать в интересах новых хозяев.

Это предположение подтверждает дальнейшее развитие событий. Уже в 1991 году, перед развалом Советского Союза, в нашу часть пришла телеграмма, сообщавшая, что гражданин Довлатов освобожден из мест лишения свободы. Была, да и сейчас есть, такая практика – сообщать заинтересованной стороне об освобождении осужденного. Примечательно, что Довлатов вышел по УДО (условно-досрочному освобождению).