Тайна смерти Рудольфа Гесса: Дневник надзирателя Шпандау

Фаулер громко назвал:

– Заключенный № 1.

Вторым вышел 55-летний Карл Дёниц, главнокомандующий Военно-морскими силами Германии. Его приговорили к 10 годам заключения. В тюрьме он стал заключенным № 2.

Далее показался барон Константин фон Нейрат, 71 года. Дипломат до мозга костей, член Имперского совета обороны, имперский протектор Богемии и Моравии получил № 3. Суд лишил его свободы на 15 лет.

Номер 4 достался Эриху Рэдеру, 71 года, адмиралу-инспектору германских Военно-морских сил, бывшему главнокомандующему ВМС.

Пятым из автобуса вышел 42-летний Альберт Шпеер. Строго одетый, спортивного вида мужчина был личным архитектором Гитлера, а затем имперским министром военной промышленности. Его ожидало 20 лет пребывания в Шпандау.

56-летний Вальтер Функ, президент Имперского банка был приговорен судом к пожизненному заключению и получил в тюрьме № 6.

Последним из автобуса вышел Рудольф Гесс, 53 лет, бывший заместитель фюрера по партии, имперский министр и второй преемник Гитлера после Геринга, также приговоренный к пожизненному заключению.

С этого момента на многие годы семь заключенных утратили свои настоящие имена. Персонал тюрьмы обращался к ним только по номерам. Называть заключенных по имени или фамилии было запрещено.

У заключенных изъяли личные вещи и аккуратно занесли их в инвентарный список. В частности, у Функа отобрали 1575 рейхсмарок, запонки и золотой зажим для воротника. На Гесса записали китель капитана Люфтваффе, летный комбинезон, шлем и летные ботинки – вещи, в которых он улетел в Англию в 1941 году.

Фаулер может подтвердить, что «номер семь» всегда был для надзирателей заключенным-проблемой. Сначала Гесс отказывался работать в саду. Он заявил надзирателям:

– Что бы сказали обо мне люди на воле, если бы увидели меня в таком качестве? Они могут увидеть меня из соседнего высокого здания и тогда точно подумают, что я сошел с ума. Нет, я не собираюсь поступать подобным образом.

Потом «заключенный № 7» отказывался вставать и выходить на работу. На основании директорской проверки его признали виновным в неповиновении и наказали 15-дневным арестом с содержанием в карцере. Там он не имел права ни писать, ни читать, а мог только выходить на прогулку на один час.

Например, в декабре 1950 года в книгу старшего дежурного были записаны «особые происшествия»:

3 декабря

6.45 Завтрак выдан всем, за исключением Функа и Гесса.