Взвейтесь соколы орлами!

И часа не прошло, а карета уже ждала нас у парадного подъезда. Когда подъехали к «Астории», глаза у девушек загорелись от блеска зеркальных витрин. А я подумал, что это они не видели ещё Пятой авеню и Таймс-сквер на Манхэттэне. Вот уж воистину – лепота!

Нас проводили в наш кабинет, усадили за стол, раздали меню и метрдотель застыл в ожидании заказа.

– Вот что, любезный! – сказал я: – Здесь ведь не библиотека и мы сюда не читать приехали. А накрой-ка нам поляну всего вкусненького, на своё усмотрение, да чёрной икорки не забудь!

– Какую икру предпочитаете? Зернистую, паюсную или стерляжью?

– Да вот всех их и неси, лишь бы не заморскую баклажанную!

– Такого не держим-с! Из заморских у нас только устрицы и вина!

– Тогда бутылочку водочки «Балинофф» и шампанского «Дом Периньон»!

Но тут возмутился Комрад:

– Что ты всё водку, да водку! Знаю я, что ты только её пьёшь, но я-то коньяк люблю!

– А какие коньяки у вас есть?

Метродотэль начал перечислять:

– Камю, Курвазье, Хеннэсси, Мартель, Наполеон, Шустовский! Вы какой предпочитаете в это время суток?

Брат даже немного растерялся, но я его выручил:

– Голубчик, Вас обманули! Армянский Шустовский ни как не может называться коньяком.

Это лишь коньячный брэнди. Коньяком может быть лишь тот благородный напиток, который сделан из винограда, произрастающего в провинции Коньяк во Франции. А великому князю Кириллу принесите бутылочку Мартеля. Я думаю ему понравится!

– Будет исполнено, ваше высочество!

– Вот и исполняй!

Вокруг нас засуетилось сразу трое официантов, и уже через несколько минут мы чокнулись по первой. Надо отдать должное, что осетрина была наисвежайшая да и всё остальное тоже – даже Воланд остался бы доволен.

День был будничный, а потому и посетителей было не много. Приглушенно лилась музыка, бесшумно передвигались официанты, да и сияние хрустальных люстр было не очень ярким.

И тут моё внимание привлек один молодой мужчина, плотного телосложения. Он сидел за одним из близких столиков. Вместе с ним была молодая и очень красивая женщина. Они о чем-то оживлённо беседовали. Я подозвал метрдотеля и поинтересовался, не знает ли он кто они?

– Да как же не знать! Это Барон фон Ядушливый с сестрицею. Они почитай каждый вечер по будням у нас ужинают.