Имя этой дружбы – поэтическое братство

В сущности, это – то, что он, в его понимании, должен был бы сделать когда-то для Марины Цветаевой и не сделал.

То, что Антокольский поставил свою подпись под коллективным письмом в защиту репрессированных писателей, повергло партийных руководителей Союза Писателей СССР в шок. «До каких лет дожил, – возмущались они, – а ума не нажил». Но «одуматься» Антокольский не пожелал и снять свою подпись под письмом отказался.[47 - Антокольский П. Дневник. 1964-1968. С.54.]

На всём своём творческом пути Павел Антокольский вёл диалог с Мариной Цветаевой: сначала реальный, потом мысленный, никогда не прекращавшийся[48 - Тоом А.

Л., Тоом А.И. «Доверил я шифрованной странице…» // Семья Цветаевых в истории и культуре России. XV Международная научно-тематическая конференция. 8-11 октября 2007. Дом-музей Марины Цветаевой, М. 2008. С.с. 380-389.]. И за год-полтора до смерти – уже силы на исходе, – подытоживая пройденное, он снова обращается к ней. Он пишет стихотворение – ответ на посвящённое ему, ещё юному, стихотворение Цветаевой «Дарю тебе железное кольцо:// Бессонницу – восторг – и безнадежность»[49 - Цветаева М. Повесть о Сонечке. С.с. 353-354.]:

Где ж оно, железное кольцо?

Там, где смерть Кощея в океане.

Я глядел всем девушкам в лицо, –

Чем старее был, тем окаянней.

Где ж они – «бессонница, восторг,

Безнадежность», данные Мариной?

Угодил я в старость, как в острог,

Иль сгорел в горячке малярийной.

В лотерее вытянул билет

Выигрышный – да делиться не с кем.

Миновало пять десятков лет

Ветром резким над проспектом Невским.

День мой беден, вечер мой убог,

Ночи непролазны, как болота.

Не художник, не силён, не бог

И не дуб – а только пень-колода.[50 - Антокольский П. Стихотворения и поэмы. ББП. Ленинградское отделение. 1982. С. 404.]

Странно услышать такое признание от знаменитого поэта, прожившего, казалось бы, успешную жизнь. Но оно становится понятным, если взглянуть на эти строки через призму не оставлявшего Антокольского чувства вины.

Марина Цветаева прожила недолгую, тяжёлую жизнь, и конец её был трагичен. Павел Антокольский хотя и дожил благополучно до глубокой старости, ощущал себя в ней глубоко несчастным. Пути поэтов – разные, но путей со счастливым концом среди них нет.

Примечание

Работа впервые была представлена на XVI Международной научно-тематической конференции в Доме-музее Марины Цветаевой в 2010 году; опубликована в сборнике докладов конференции.