Афганские былинки. Война и мир

И становилось уже интересно:

– Базарчик, а как по-узбекски вода?

– Сув.

– А пить?

– Ичик.

И напившись, взвод бегал осторожно по крышам, постреливал в облысевший виноградник и время от времени уточнял:

– А виноград как по-узбекски?

– Узум.

– А ворота?

– Ишик.

– Ну, тогда смотри в тот ишик за узумом… Пошли гады, пошли!

И они, действительно, пошли. На двенадцатые сутки «зелёнка» ожила» и накрыла взвод шквальным огнём. Потом поднялась и снова откатилась, чтобы накрыть, но без особого толка.

Могучие дувалы спасали взвод и оставшийся боезапас. Стреляли скупо, одиночными и по-собачьи урчали:

– У-у-у, гангрены… Вот вам с перчиком, вот с чесночком!.

– Базарчик, как перец по-узбекски?

– Калампур.

– Ну, тогда посыпь им вон ту рощицу.

И он сыпал и мечтательно вздыхал:

– Ай, какой палов будет, какой достархан! – и перечислял, – И катлама, и чак-чак, и курут…

– Ну, тогда за катламу… Геныч, вруби!

– Лёха, Леха, справа смотри!.. Давай за чак-чак.

И Базарбаев печально качал головой:

– Нет, тут хашар надо.

– Чего?

– Хашар, когда вместе.

– Ну, тогда хашаром. Все вместе по счёту три… Три!

– А лейтенант покрикивал:

– Не залёживаться, не залёживаться! Всем перебегать!

И все старались перебежать поближе к Базарчику, который раскрывал над «зелёнкой» волшебный, сказочный достархан.

– А ещё у тебя в саду что растёт?

– Анор – гранаты.

– Лёха, Лёха, справа держи!.. А ещё что?

– Айва растёт, олма растёт, хурма растёт…

И прикололись.

«Зелёнку» теперь не просто отбивали, а накрывали достархан, отбивались не гранатами, а анором, и изо всех сил берегли свой последний чак-чак – пулемёт.

«Зелёнка» пошла на островок, чтобы стянуть с горы батальон, вернуть его на исходный рубеж, но, когда батальон вернулся, свободным, огромным островом стала уже вся зелень. Подоспевшая бронеколонна выручила третий взвод, густой цепью раскинув десантуру и наполнив прежний островок шумом и суетой.

Весь день третий взвод спал.

Потом проснулся, схватился за сухпай и вспомнил:

– Базарчик, а как же плов?

– Будет, будет вам палов, – убеждённо ответил он, но с места не сдвинулся.

И тут Линьков догадался категорически уточнить:

– Когда?

– Когда дома будем, у меня соберёмся. Какой палов будет, какой достархан! – ответил он и запел, – И анор, и чак-чак, и анжир, и хурма, и катлама…

И улыбнулся так, что застывший в изумлении взвод помолчал, помолчал, подумал и рассмеялся.