Голоса. Книга первая. История движения индеанистов

Мы грезили свободой, у нас был свой мир, в котором не было места муштре и обязаловке. Поэтому комсомольские дела нам были неинтересны (я даже в армии в комсомол не вступил). Но время шло, и годам к пятнадцати из всего нашего класса верными своему детскому увлечению остались человека три, не больше, после армии – я один из всей нашей компании. Впрочем, в армии я нашёл единомышленников, таких же, как я, одиночек…

Сергей Немков (Мато Нажин)

Я русский, живу в стране, во многом не похожей на Америку. Но я насквозь пропах «индейским духом».

Почему так, мне ещё трудно разобраться, но одно я знаю точно – другим я уже никогда не стану!

Когда мы начинали, мы просто играли в индейцев, не задумываясь над серьёзными вещами. Тогда мы не знали, что индейцы займут особое место в нашей жизни.

Читая в детстве Фенимора Купера и Майн Рида, мы узнавали об индейцах в романтическом свете, видели их экзотическими дикарями в перьях. Разукрасив себя примерно так же, бегали по кустам и оврагам с самодельными луками.

Но время шло. Мы создали своё племя, стали больше читать, увлеклись сбором материала, смотрели фильмы об индейцах. Серая Сова, Сат-Ок и многие другие книги воспитали в нас восхищение индейцами, мы узнали их с героической стороны. И вот мы выросли, многое изменилось в наших взглядах. Сами начинаем постигать сложность жизни. Служба в армии помогла узнать самих себя – на что мы способны. И тут только, когда на своей шкуре, испытав множество трудностей и лишений, усталость, холод и настоящий голод, нам раскрылся весь трагизм судьбы индейских племён.

Стало близким и понятным их горе, которое мы прочувствовали теперь не только умом, но сердцем. Но будущее индейцев в их руках. Это на весь мир сказали молодые индейские парни, взявшиеся за оружие в Вундед-Ни в 1973 году.

На вопрос журналиста, что собираются делать индейцы в ответ на разграбление правительством их земель, Сидящий Бык воскликнул: «Индейцы! Кроме меня индейцев больше нет!» Старый вождь ошибался, одинокий в своём гневе.

Много лет спустя нашлись настоящие индейцы, поднявшие томагавк войны за свободу своего народа. Такие люди существуют, и не только в Америке.

Мне говорят, что моё увлечение – это детство, игрушки для взрослого парня. А я спрашиваю себя: стал бы я, взяв винтовку, сидеть в холодных окопах под Вундед-Ни, отстреливаясь до последнего патрона, который оставляют для себя, чтобы не даться живым в руки полицейских? И отвечаю – стал бы! А это уже посерьёзней игрушек.