Русская княжна Мария. Ведьма Черного озера

Скажите лучше, сделано ли дело? Шпилевский, как видно в полной мере разделявший мнение пана Кшиштофа о благородстве, чести и прочей чепухе в таком же роде, свободнее сел в седле и изобразил на лице ответную ухмылку, показав мелкие, желтые от табака зубы.

– А грязное было дельце, – заметил он, доставая из кармана потертый кожаный портсигар с монограммой прежнего владельца. – Как раз в вашем духе, Огинский. Ну полно, полно, не надо так таращиться, я вас не боюсь. Вы правы, мы с вами друг друга стоим. Одного поля ягоды, как говорят русские.

Вы задумали это предательство, я его осуществил – смею вас уверить, наилучшим образом!

– Хотелось бы в это верить, – промолвил пан Кшиштоф, снова сдвигая шляпу на лоб, чтобы скрыть хищный блеск, который появился в его глазах. – Но я привык больше доверять своим глазам.

Шпилевский насмешливо фыркнул.

– Бога ради! – воскликнул он и, прикрывшись ладонями от дождя, закурил тонкую сигару. Налетевший ветерок подхватил дым, порвал его в клочья, скомкал и швырнул в мокрую траву.

 – Хотите посмотреть – смотрите на здоровье, я не стану вам препятствовать, – продолжал пан Станислав и сделал широкий приглашающий жест в сторону оврага. – Они все там, никто не ушел. Но чтобы отыскать интересующее вас лицо, вам придется изрядно повозиться и основательно запачкать платье.

– Как?! – предчувствуя недоброе, почти выкрикнул Огинский. – Не хотите же вы сказать…

– Именно! – Шпилевский сухо рассмеялся, поперхнулся табачным дымом, закашлялся и выбросил намокшую сигару.

 – Ведь вам наверняка встретился отряд лейтенанта Лурье. Неужели вы не заметили грязных лопат, которые несли солдаты?

– Дьявол! – прорычал пан Кшиштоф. – Какого черта нужно было делать то, о чем никто не просил?!

– Думаю, таким способом наш лейтенант выказал свое недовольство возложенной на него миссией. Смешнее всего мне кажется то, что вам даже не в чем его обвинить перед Мюратом. Он поступил как офицер и христианин, велев похоронить убитых неприятельских солдат.

Но, скажу я вам, это были еще те похороны! Их просто кое-как забросали грязью, этих несчастных глупцов.

– Дьявол, – повторил пан Кшиштоф. – Столько усилий, и все насмарку из-за какого-то чересчур чувствительного лягушатника!

– О, вы напрасно беспокоитесь, – продолжая посмеиваться, сказал Шпилевский. – Из этого оврага никто не ушел живым, даю вам слово. Это так же верно, как и то, что отрядом командовал поручик, который носит такую же фамилию, как ваша.