Сталинград. Том второй. Здесь птицы не поют

Вот жук, во-от поросячий хвост, – талант!

Однако, когда народ через секунду, другую пришёл в себя и радостно загудел поздравлениями, Семён Петрович на корню пресёк восторженное, шумное одобрение.

– Отставить! Не то место, не тот час, товарищи бойцы. Война за окном, не гулянка. Как у тебя дела, политрук? Впрочем, вижу… – мельком глянув на немца, усмехнулся Березин, желтея обкуренным карнизом зубов. – Значит, выбил показания из оккупанта?

– Так точно! У Моцарта…Виноват, товарисч-ч генерал-майор. У моего подручного старшего сержанта Воловикова не забалуешь.

Такой устроит «долбяк»…Виноват, товарисч-ч генерал-майор, такой допрс с пристрастием, мама не горюй…

– Стало быть, – комдив кивнул на сержанта, – доволен им?

Воловиков, ловивший в стылом сумраке застенка каждое слово-жест Березина, при его «кивке» – щёлкнул каблуками, застыл соляным столбом. При этом на сержантском лбу – ровно и широко переходившем в налитую жаром голь черепа, тут же вздулась чёрная вена, набрякла грозой, раскроив надвое скошенный лоб.

– Так точно, товарисч-ч генерал-майор. Зверь мужик. Не ошибся я внём, – Хавив улыбчиво потупил глаза, – оч-ченно даже да. Доволен. Таки красавец. Колотухи, как паровой молот. Бац, и вся спесь – гонор фашиста вон! Бац, и язык у нациста сам собой развязывается. Так вот…и с этим обер-лейтенантом Вермахта было. Я дико извиняюсь, товарисч-ч генерал-майор…Моцарт так отверхтормашил фрица…А наперёд рявкнул оккупанту в ухо: «Не скажешь сколько танков у вас и пехоты, я сам тебя за кадык подвешу! Зубами на куски рвать буду.

Ты, растакой-то сучий потрох…мне ещё за Ледово побоище, мать-перемать, ответишь!!» И всё! Фриц готов, как судак в духовке. Бери его с потрохами, честное слово, ешь не хочу.

– Значит, все старыми методами действуешь, Борис? – комдив присел на край крестьянской скамьи, что вековала у стены, под маленьким оконцем.

– Проверенными, товарисч-ч генерал-майор.

– Но почему всё-таки «Моцарт»?

– Уж больно таки хорош в импровизации, Семён Петровичч. Виртуоз, так сказать.

Мастер…

– Заплечных дел…Хм, тебе бы инквизитором быть, замполит.

– Виноват. Не понял? – насторожился Хавив.

– В НКВД служить… – мрачно усмехнулся Березин.

– Стараюсь, товарисч-ч генерал. Вы б при случае…замолвили обо мне слово в Особом отделе…

– Что со вторым пленным? – был кратко задан контрвопрос.

– С гер майором? – политрук вскинул брови.

– Ну их же двое доставлено с танкаевского рубежа?

– С тем хуже, товарисч-ч генерал. Фанатик.