Сталинград. Том второй. Здесь птицы не поют

… Люди в Ураде, отлично знавшие старого Танка, могли хоть на Коране поклясться: Магомед шёл, раздувая ноздри, дрожа в таком же возмущении, точь в точь, как и его отец, когда бывал в гневе. Оно и понятно. Птицы из одного гнезда. Одна горская, аварская текла в их жилах кровь. И до чудного были они схожи в этот момент.

– Однако, каков молодец! – с восхищением протянул Колесников. – Порох с огнём.

– Да уж, закалённый в огне булат, Клим Тимофеевич. На смерть стоит.

– Так к награде…К награде Танкаева! – настежь распахивая жаркую шинель, гремел восклицаниями Колесников.

 – Что ж ты, Арсений, кота за хвост тянешь?

– Не кипятись, политрук. Не, ты, один подмечаешь героев. Танкаев наградами не обижен. Всё по заслугам. За взятие высоты со своей ротой, за проявленное мужество-героизм, он уже представлен мною к ордену «Красной Звезды». А бойцы его, все, как один, – к медали «За отвагу»! На этом плацдарме, каждый достоин награды. Все мы тут…смертники – штрафники, политрук.

Да-а,..затащила нас судьба фронтовая…на чёртов пригорочек.

Но Колесников, пропустив мимо ушей последние слова комбата, воодушевлённо продолжил:

– Если не убьют, ей-ей, далеко пойдёт наш капитан.

– Этот не пойдёт, полетит, – крылья у него за спиной. Это – я тебе говорю, Клим. Эх, ему бы знаний побольше! Военную Академию штурмом взять…Доблестный командующий мог бы отлиться из этого горца. Много раз уже жизнь испытывала его на прочность, и не всегда можно было выстоять, скажу я тебе.

Но он выстоял, всем смертям назло! Уж ты поверь, – в голосе комбата послышалась звонкая медь горделивого превосходства. = Есть в нём прекрасный сплав боевых и человеческих качеств. Редкий сплав. Скажи на милость, сколько знаю его…Танкаев жил и живёт лишь одним: выбить врага, да жизнь свою прожить с толком, не зря! Ну, хорош похвальбою искрить.

– Как бы ни сглазить, – с живостью подхватил Колесников.

– Вот, вот! Хорош. – Воронов одёрнул складки офицерского полушубка, поправил портупею, поясной ремень, уверенно и твёрдо улыбнулся. – В штаб пора, Клим Тимофеевич. Пойдём-начнём, командиры нас ждут. Синельников! – крикнул он на ход ноги.

– Я-а!

– Что связь, паразиты?

– Готова, товарищ комбат! – победно выкрикнул Шурка Синельников. – Только – только наладили.

– Добро! Связь с комдивом Березиным мне.