В поисках убийцы

 – Чемизов положил нож на столик подле рояля, а затем обратился к Елене Семеновне: – Пересядьте, пожалуйста, вот сюда, к роялю. Я начинаю. – Он положил руку на голову Хрюмина и застыл, видимо делая нравственное напряжение, потом выпрямился, дунул в лицо Хрюмина и громко сказал: – Проснитесь!

Хрюмин почти сразу открыл глаза, огляделся, словно что?то вспомнил, затем, надев пенсне, встал и сказал:

– Ну что, интересный опыт?

– Ничего себе, – ответил ему военный юрист. – Вы спали как сурок.

– Только?то? – усмехаясь, сказал Хрюмин и перешел через зал.

Все смотрели на товарища прокурора, а потом на Чемизова с недоумением и легкой усмешкой. Чемизов отошел к хозяйке и опустился подле нее.

Вдруг Хрюмин встал. Все его лицо, вея фигура преобразились. Он тихо пошел к Дьяковой, сидевшей у рояля, нежно сказал ей:

– Прощай, голубка! Я пойду позаймусь, а ты ляг.

Он тихо поцеловал Дьякову в лоб и опять отошел на свое место, словно играл свою роль на сцене.

Гости замерли. Хозяйка ухватилась за руку Чемизова и проговорила:

– Мне страшно!

Чемизов подал знак Дьяковой, и она, перейдя от рояля к дивану, прилегла на него, кокетливо расправив? юбку.

Прошло несколько мгновений. Хрюмин снова перешел зал. Теперь и походка, и движения его были совершенно иные, чем до тех пор. Он взял со стола нож и стал осторожно красться к Дьяковой.

Евгения Павловна впилась в руку Чемизова; Дьякова приподнялась, и лицо ее выразило ужас. Ужас охватил и всех присутствующих – на их глазах совершалось убийство.

Забавный, фатоватый Хрюмин был теперь страшен. Он снова приблизился к Дьяковой и поднял нож.

– Ай! – раздался ее истерический возглас, и она, сразу сев на диван, забилась в угол.

– Ай – ай! – раздались возгласы.

Хрюмин выронил нож и снова очнулся.

– Что с вами? – спросил он у Дьяковой.

– Ай! – закричала она и, оттолкнув его, бросилась от дивана.

Хрюмин совершенно растерялся, и его лицо стало так забавно, что впечатление пережитого страха у всех исчезло и раздался дружный смех.

– Что такое? Я ничего не понимаю, – растерянно сказал Хрюмин.

– Ничего, дружище! – со смехом воскликнул капитан. – Ты сейчас объяснялся в любви Елене Семеновне и до смерти напугал ее… Ха – ха – ха!

– Господа, ужинать, – закричал Горянин, – дамы ведут кавалеров.

– Вы – ужасный человек, – тихо сказала Дьякова Чемизову, ведя его в столовую.

– Ужаса не существует, – ответил он, – ужас – это неведение. Узнайте – и нет ужаса.