Тульские олимпийцы. От Хельсинки до Рио

Был бронзовым призёром Спартакиад народов СССР в спринте в 1963 и 1967 годах, рекордсменом Советского Союза в гитах на 500 и 1000 метров. В 1963—1964 годах побеждал в матчевых встречах с гонщиками Франции и ФРГ. А самым важным его достижением на международной арене стало четвёртое место в спринте на чемпионате мира в бельгийском Льеже. Пусть за него не положена медаль – Романов стал первым советским велосипедистом, пробившимся на эту позицию. Да и, честно говоря, именно Борис должен был попасть в финал – соперничавший с ним Пезенти победил в двух заездах, но каким путём? Сначала, явно проигрывая, упал и задел велосипед Романова – был назначен повторный заезд, который итальянец выиграл.

А во втором Пезенти не по-джентльменски прижал тульского велосипедиста к бровке, не давая бороться. Итальянца освистали болельщики – но он был наверняка доволен собой.

Романов покинул седло осенью 75-го, победив на чемпионате общества «Трудовые резервы» – причём в финале он обыграл своего молодого ученика Владимира Алексеева.

По окончании карьеры, которая длилась целых 22 года, Борис Николаевич перешёл на тренерскую работу, работал в тульской спортшколе. Его не стало 8 февраля 2014 года.

«Не знаю, пожалуй, ни одного другого спортсмена-велосипедиста, который вызывал бы столько противоречивых суждений, как Борис Романов: то он „блестящий тактик в спринте“, то „грубиян на треке“, то „зазнайка“, то „душа-человек“, – писал историк тульского велоспорта Михаил Тылкин. – Он был однолюб – любил свой тульский трек, свой город и неохотно выезжал на утомительные долгие сборы, полезность которых начали оспаривать потом и сами специалисты, в заграничные турне, мешавшие его намеченной подготовке.

Да, ершистый имел характер, но зато бескомпромиссный в своих решениях. И уж никто не мог упрекнуть его в одном – в беззаветном служении велосипеду. Но мало стать отличным гонщиком; в спорте надо быть и хорошим человеком – умным, дружелюбным, располагающим к себе в обычной обстановке, дерзким в бою. Эти качества счастливо соединялись в Борисе Романове. Поэтому и любили его туляки».

Эдуард Гусев. Роковая гайка

У туляка Эдуарда Гусева первый велосипед появился, когда ему исполнилось десять лет. Его «произвёл в велосипедисты» отец: достал с чердака пролежавшего там всю войну железного коня, собрал, смазал и снял седло – всё равно тогда в нём надобности ещё не было, поскольку сын доставал до педалей только с рамы, к которой была привязана подушка.