Святые и дурачок

20:6–7)

Иоанн, который тоже был там, говорит о себе: «Увидел и уверовал». Именно в этот момент.

И Пётр.

Уверовал именно в этот момент.

Увидел Свет.

Родился.

В Иоанново свидетельство следует вдуматься.

Оба они обрели веру не тогда, когда познакомились с Иисусом. И не тогда, когда видели творимые Им исцеления. И не тогда, когда слушали то, что Он говорил. И не тогда, когда Он пришёл к ним воскресший. А именно у пустой гробницы.

Что там произошло? Ничего.

Что они увидели или услышали? Увидели тряпки: пелены и плат.

И тёмный провал гробницы, в которой ничего не было.

Ни света, ни облака, ни голоса с неба.

Из звуков – только шелестение кустарниковой листвы, утренние клики птиц и шевеление раннего жучка по песочку.

И открылась новая – настоящая – жизнь.

Всё самое главное происходит тогда, когда вроде бы ничего не происходит.

Беседы с Павлом

С Павлом всё наоборот, но, по сути, так же.

«Когда же он шёл и приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба. Он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: “Савл, Савл! что ты гонишь Меня?”»

В «Деяниях апостолов» (9:3–8) это событие описано изнутри, очевидно со слов апостола, как свет с неба и голос.

Но спутники Савла ничего не видели. А что слышали, то не могли понять: дальний гром гремит или земля содрогается – в горах такое бывает.

А Савл увидел и услышал Того, Кого не может быть.

Упал на землю и ослеп.

Упасть – лишиться признаков жизни: сделаться как мёртвый.

Ослепнуть – лишиться понимания мира: своей «точки зрения».

Пётр увидел пустоту в гробнице. И Павел ослеп – увидел пустоту.

Там, вне времени и пространства, в тайне, которую мы не можем отличить от пустоты, – ослепшему человеку является крохотная точка, источник Света. И Свет во тьме светит, и тьма не объяла его. И в этом Свете становятся видны пелены, лежащие на смертном ложе, и платок, свитый и отдельно положенный. И Сам Учитель выходит из тишины, не такой, как все, особенный – воскресший. И слышен Его голос… Слова не перевести на обычный язык:

– Я Иисус, Которого ты гонишь.

Трудно тебе идти против рожна.

Чтобы увидеть Свет, надо лишиться «точки зрения».

Человек лепит свою точку зрения на всё – как ребёнок куличик из песка – обычно в возрасте от четырнадцати до восемнадцати. Ну или до двадцати. Я впервые прочитал апостола Павла, когда уже вылепил «точку зрения».

Один наш приятель привёз из Венгрии книжечку: карманное издание Нового Завета в зелёной обложке.