ЮНОНА и АВОСЬ, или Развод длиною в четверть века

Нельзя было забыть тот короткий период радости, которая начала возвращаться к Андрею, когда в квартире польки он нашёл моральный оазис и тот душевный комфорт, которого давно уже не ощущал в собственной семье. И вдруг оказывается, что у этого «оазиса» есть второе дно. Пальмы оказались фанерными раскрашенными декорациями. А вода – непригодной для питья.

Повисла пауза – тягучая, гнетущая. Россиянин думал. Важнее всего для него в тот момент было только одно: как всё это переживает Юнона, насколько глубоко она прочувствовала свой поступок (если можно назвать этим словом в единственном числе целый ряд действий на протяжении года).

Наконец он сказал:

– К вечеру напиши мне всё подробно, ничего не скрывая, с чего всё началось, как и что происходило. Всё, без утайки. А я подумаю.

Сказал как отрезал. Полька покорно кивнула головой. Разговаривать больше не хотелось, да и не о чем было. Андрей повернул ключ зажигания и, отрешённо смотря на дорогу, поехал в сторону офиса.

Вечером, перед выходом из офиса (шеф, естественно, в тот день на улицу Злоту не поехал), робко постучавшись, Юнона принесла ему в кабинет пять страниц исписанных бисерным почерком. Прошептав еле слышно: «Прошу меня простить», – она с видом побитой собачонки аккуратно притворила за собой дверь. У россиянина по сей день хранятся эти листки, на которых последняя фраза отдаёт сегодня то ли огромным притворством, то ли болезненным самовнушением. В переводе с польского дословно звучит она так: «Пожалуйста, не убивайте меня – я люблю Вас навсегда».

Но кроме этой фразы, в голове Андрея теперь, после событий четвертьвекового пребывания в Польше, всплывает часто ещё одна – глупые слова раздражённой жены: «Ей нужен не ты, а твои деньги!»

Глава 8. Виньетка ложной сути

Напрасные слова – виньетка ложной сути.

Напрасные слова не трудно говорю.

Лариса Рубальская

В конце восьмидесятых годов был популярен романс в исполнении Александра Малинина «Напрасные слова».

Андрею запомнился эпизод, связанный со строчками из этой песни. Дело было в Москве, разговаривал с женой, которая внезапно и совсем не в связи с темой разговора, как-то странно хитровато взглянув на него, спросила:

– А как ты понимаешь слова «виньетка ложной сути»? Что это значит?

Андрей удивился: он не видел в этом – хоть и вычурном – словосочетании Ларисы Рубальсокй ничего непонятного.