Долина Дюн – II. Часть 2

– Ну, как что? От Инниса до Карлайла рукой подать, и в таком случае с севера Вильгельм Руфус окажется уязвимым, если эти головорезы завладеют крепостью. Но этого не произойдёт, милорд. Если с тыла зайдёт ваш брат, то у них не останется никаких шансов! Прижмёт их к крепостной стене и разобьёт в пух и прах!

– Он успеет, – Уильям знал, что это правда. – Я думал о том, чтобы повернуть обратно и добраться позже до Святой земли. Думал и о словах герцога, который сказал, что придётся зимовать на континенте. Но эта затея несёт большой риск.

Поэтому уже завтра мы будем в Понтарлье, откуда уже рукой подать до Ломбардии. Также впереди нас ждёт переход через Альпы. Гилберт не подведёт.

– Чует моё рыцарское сердце, что после этой осады валлийцы научатся обходить Иннис Касл стороной, а шотландцы приобретут толику уважения. Для меня не секрет, что кланы всегда воюют друг с другом, но пора уже менять местные традиции? Ну, там, обучиться хорошим манерам в стиле «Да, мессир, вы совершенно правы». Я как вспомню эту нахальную и строптивую прислугу в замке, которая могла пнуть в бок спящего рыцаря, проходя мимо!

– Зато Кларисс научила их подчиняться, – Уильям помнил, как после смерти матери его жены, слуги не хотели подчиняться юной хозяйке.

Они перечили ей, откладывали выполнение её распоряжений на потом и всякий раз приговаривали: «А вот леди Меррон не стелет по весне тростник на пол», «Леди Меррон всегда давала нам по четвертушке хлеба и отпить эля из бочки на праздник», «Леди Меррон, упокой Господь её светлую душу, никогда бы не стала жечь столько свечей…»

– Я им сочувствую, но не от всего сердца, – скорбно заявил Олаф и расхохотался, отчего его конь негодующе фыркнул.

Остаток пути до привала они ехали в молчании. Уильям вспоминал, как в Галтресском лесу забрёл к старой отшельнице. У неё были руны, вырезанные на деревянных дощечках. Читая знаки, она велела возвращаться в Иннис, чтобы предотвратить беду. Если бы не её предсказание, то Кларисс заживо бы сгорела в огне по приказу её дяди! После этого Уильям стал внимательнее относиться к подобным знакам в пути – это научило его ещё больше доверять собственному чутью.

До сих пор единственное, с чем ему пришлось столкнуться, это появление призрака в Орбеке, благодаря чему на дне седельной сумки покоилась золотая чаша. Один из руанских кузнецов, который подгонял ему доспехи по фигуре, вспомнил, что подобные чаши видел в Таренто[27] (https://ridero.ru/link/KXKP9gIhqZ).