Освобождая Европу. Дневники лейтенанта. 1945 г

Парни допризывного возраста и девчата поют украинские песни, лузгают семечки и попеременно пляшут. Хата освещена керосиновой лампой. Местные парни приглядываются к нам, расспрашивают о службе в армии. Они сознают, что «были под немцем», и их интересует собственная судьба. Расходились за полночь, долго топтались на улице, и в морозном воздухе нет-нет да и прорежется заливистый, звонкий голос нашей молодой дивчины.

Сегодня утром Коваленко сказал мне, что Богданов со своими помощниками Карпушиным, Гвоздевым и шоферами отправился в Житомир оформлять и получать новую технику еще вчера.

Первоначально нам предназначались американские небольшие и открытые автомашины «Додж 3/4». Но машины эти оказались неудовлетворительными в качестве тягача для орудия. И нам выделили модели «Шевроле» и «Студебекер».

И вот сегодня весь день на дорогах стоит неумолчный рев моторов. Это наша шоферня с техниками-инструкторами осваивает «американскую техническую помощь». Командир полка сам лично садится за руль новенького «виллиса».

Почему-то остался им недоволен, и Богданов отправился его менять. Получают новую автотехнику и в полках 205-м пушечном и в 211-м гаубичном. Покидают свои стойла отслужившие лошади.

22 января. Несмотря на воскресенье, по всем подразделениям идут усиленные занятия и тренировки. Новый командир взвода топослужбы Митюшов работает с вычислителями и топографами. Проконтролировав их, я отправляюсь в штаб, где идет подготовка к завтрашней инспекторской поверке всей бригады в целом.

23 января. Инспекторские показательные стрельбы полков 57-й артиллерийской бригады на Великошумском полигоне.

Тут только все мы впервые и вблизи познакомились со своим бригадным начальством. Комбриг полковник Игнатьев невысокого роста, кряжистый и хмурый, со склеротическими жилками на лице и окающим нижегородским выговором. В отношениях с подчиненными офицерами груб, хамоват и циничен. Столкновение Шаблия с Игнатьевым произошло в первый же день.

– Сколько в полку стволов? – спрашивает Игнатьев.

– Тридцать два, – отвечает Шаблий.

– Где еще четыре?

– Потеряны в боях.

– Разболтались! – взревел Игнатьев.

– Мы, товарищ полковник, воевали, – снизив тон, отвечает Шаблий, – а в боях всегда есть потери. Они закономерны.

– Распустились, – кричит Игнатьев, не слушая ответа, – привыкли самовольничать! Я этого не допущу, не позволю. Тут вам не армейский полк. Тут бригада, и я ее командир.