Ангел-хранитель

– Кто это Фамицкий?

– Семен Борисович Фамицкий. Врач. Из зала за тобой выскочил, – напомнила Вера.

А!.. – вспомнила Надя. – Да я же его сегодня впервые увидела.

– Одного взгляда вполне достаточно. Будет отличный муж и отец.

– С чего ты взяла? – улыбнулась Надя.

– Это написано у него на лбу, – пожала плечами Вера. – Крупными буквами. – И, заметив мечтательное выражение, мелькнувшее по лицу сестры, сердито сказала: – Надя! Перестань!

– Что перестать? – смутилась та.

– Перестань думать о Пашке Кондратьеве.

Он что, на каникулы приехал?

– Откуда ты знаешь?

– Откуда знаю, когда у студентов бывают каникулы?

– Откуда знаешь, что я думаю о Паше.

– У тебя тоже все написано на лбу, – вздохнула Вера. И повторила: – Выбрось его из головы.

– Почему? – помрачнела Надя.

– Потому что недолго он будет помнить бледную музейную деву. Еще один год учебы, не более.

– Ты ошибаешься! – с детской горячностью воскликнула Надя.

– Посмотришь.

– Вера… – спросила Надя. – А почему ты сама замуж не выходишь?

– Интересно, за кого? – усмехнулась Вера.

 – За Хопёра? Ты, моя дорогая, была слишком мала, а я отлично помню: женщины нашего круга всегда выходили замуж только за достойных мужчин. Или уж оставались независимыми. Если бы не революция, то я, наверное, была бы известной эмансипэ. Ездила бы в Париж на съезды суфражисток!

Тут по ее лицу будто печальная тень пробежала, и чуткая Надя сразу это заметила.

– О ком ты думаешь, Верочка? – спросила она с сочувственной тревогой.

Вера встряхнула головой, словно отгоняя ненужное воспоминание, и сказала:

– Почему непременно «о ком»? Нет, замуж я не выйду, – твердо добавила она. И положила перед сестрой вскрытый конверт, который достала из кармана своего ночного халата. – Чуть не забыла. Почитай.

– От Лиды! – обрадовалась Надя.

Она вынула письмо из конверта и начала читать про себя, но тут же взволнованно прочла и вслух:

– «Верочка, Надя, умоляю: приезжайте ко мне, пока это еще возможно.

Не тешьте себя иллюзиями нэпа. В Сорбонне я общаюсь со знающими людьми, отсюда многое виднее. Я уверена, передышка в России ненадолго. Кровавое колесо уже не остановить, впереди страшные времена». Ты тоже так думаешь? – опустив руку с письмом, растерянно спросила Надя.

– Не знаю, – ответила Вера. – Но я слишком много сил вложила в Ангелово. И черт знает кому теперь оставить? Ни-за-что! – Она встала и, уже подойдя к двери, сказала: – А о Фамицком подумай.