Петербургский Прожектор № 1

Для XVIII-го века характерно именно громадное значение придворного духа. По сохранившимся зданиям и предметам возможно воссоздать картину жизни той или другой эпохи, вкусов и привычек императриц и окружавших их вельмож.

Гораздо труднее дать общую картину внешнего вида города в XVIII веке. От «Северной Голландии» Петра I до Петербурга времен Пушкина слишком большой шаг: город менялся, рос, но нечто своеобразное, отличное от всех русских городов – оставалось. Темное царствование Анны Иоанновны не оставило почти ничего ценного в жизни города.

Изменение Петровского Петербурга началось с царствования Елизаветы Петровны. Появилась новая изысканная и пышная французская архитектура, принесенная в Россию гениальным итальянцем Бартоломео Растрелли. Самые церкви строил он так, чтобы вид их настраивал молящегося на радостные размышления. По его проектам построен был ряд зданий, составляющих до сих пор украшение города: Зимний дворец, Аничковский дворец, дома Строгонова и Воронцова, Смольный и Никольский соборы и т.

д.

Архитектура эта гармонировала с характером царствования Елизаветы Петровны. При дворе господствовало французское влияние, которое сказывалось в нравах, одежде, манерах. Роскошные празднества вельмож поражали современников и в действительности представляли разительный контраст с тем, что творилось в маленьких однообразных домиках, на пустынных и грязных петербургских улицах. И еще более гордой выступала пышная красота дворцов и соборов.

В до-Екатерининскую эпоху немощеные, плохо освещенные улицы представляли нередко немалую опасность не только для пешего, но и для конного.

Низкие домики по бокам их не всегда составляли даже прямую линию. «Большая першпектива», именовавшаяся со времени Анны Иоанновны «Невскою», считалась лучшей улицей столицы. По указу Елизаветы она должна была застраиваться каменными домами, но эти каменные дома, обыкновенно с палисадником у фасада, далеко не составляли сплошного ряда и большие промежутки занимали унылые заборы.

Если пересмотреть указы Елизаветы об устройстве и благочинии города, то они поражают своим «домашним» характером.

Тут есть указ о снятии вывесок, безобразный вид которых портил улицы; тут и указ о том, чтобы мимо дворца Государыни не проносить покойников, а кучерам возле дворца бичами не хлопать, есть указ и о том «чтобы мужчинам с женщинами в однех банях не париться…» и т. т. Словом, та же, что и при Петре I, регламентация городской жизни, но более домашняя, помещичья.