Дух Зверя. Книга первая. Путь Змея

Глаза его на миг подернулись мутной пленкой. Он вскочил и, схватив Олгу за протянутую к нему руку, вывернул кисть так, что кости затрещали, ломаясь. Змея зашипела, крепко сжав зубы, и пяткой ударила Лиса в колено. Нелюдь отпрянул, выпуская из своей железной хватки сломанное запястье, ткнулся о косяк, и медленно сполз по нему обратно в лужу, удивленно косясь проясняющимся взором на тяжело дышавшую Ученицу, баюкающую свою сломанную руку. Стоять ему было трудно.

– В следующий раз я тебе голову отверну, поняла? – спокойно произнес Учитель, тяжело поднимаясь.

 – Баня готова?

Олга что-то утвердительно буркнула. Он на миг замешкался у распахнутых в непогоду дверей.

– На медведя наткнулся. Они, сволочи, голодные по весне…

И вышел, оставив Змею размышлять… Кстати, было над чем!

Вытирая с пола лужу, Олга думала не только о своей новообретенной способности к опосредованному восстановлению. Что-то такое она уже подозревала за собой, руководствуясь хотя бы той же легендой о Змее-Врачевателе.

Нет, не это занимало ее в первую очередь. Лис!

Хоть рана и была глубока, но не настолько, чтобы йок так долго истекал кровью. Сколько времени прошло с момента встречи с разъяренным животным? Час? Два? Кровь должна была запереться сразу. Но по какой-то неизвестной причине она не спешила загустеть. Почему дух так вяло отнесся к травме своей оболочки? Что-то помешало ему провести процесс восстановления по правилам! Но что? Печати? Вряд ли. Хотя, может быть, зверь задел одну из них.

Нет, воздействие на телесном уровне не произведет должного эффекта. Или произведет? Или это был не медведь? Чушь какая-то!

Олга, присев рядом с ведром, напрягла память, сжимая в руке мокрую тряпку. Она пыталась восстановить перед своим мысленным взором сплетение узоров на теле нелюдя. Четыре светящиеся полосы ран глубокой бороздой рассекают сетку линий от правого бока и через всю грудь. Видимо, Лис, подойдя слишком близко, с полуоборота резанул мечом по горлу вставшего на задние лапы медведя и не успел увернуться от когтей, буквально вырвавших четыре куска плоти из правого бока.

Сплоховал, ой, сплоховал Учитель! Устал что ли? Что же могла задеть когтистая лапа? Олга нахмурилась. Картинка, возникшая перед ее внутренним взором, была на удивление отчетливой и яркой. Нетронутая изумрудная ладонь на затылке. Беспалая – справа от сердца. Само сердце – сгусток рыжего света. Тепло-красные легкие.