Геммы. Сыскное управление

Наше, ребятки, дело – все сыскать, собрать, всех переловить да черту подвести. Вот здесь мы ее и подведем.

Илай покосился на остальных кадетов, но никто не пошевелился, не произнес ни слова. Что бы это значило – подведем черту? Так они справились или нет?

– Дело закрыто, – распознав их замешательство, пояснил полицмейстер. – Этих под суд, а заведутся новые – и их поймаем, если осмелятся после такого дела свои проворачивать. Говорите, видали все у склада? И хорошо, бояться будут! А сейчас вольно.

В ответ на знакомый приказ мышцы непроизвольно дернулись в новой попытке вытянуться перед расслаблением, и все четверо машинально развернулись на пятках.

– А, все ж таки забыл, – окликнул их Петр Архипыч. – Вот, жалованье ваше. Все ж для зеленых кадетов не так вы и плохи, – милостиво добавил он, выкладывая на зеленое сукно стола четыре одинаково брякнувших металлом мешочка.

Они никогда прежде не держали в руках денег. Деньги, говорили им, причина многих зол, а также основной мотив трех четвертей мирских преступлений.

Последнюю четверть составляли преступления страсти, представление о которой также было весьма смутным. Но в учебном корпусе при монастыре им не было нужды сталкиваться с «гнусным металлом», а тут он свалился им на головы нежданным богатством. И как им распоряжаться, было совершенно непонятно. Норма предлагала не тратить монеты – по тридцать серебряных и пятнадцать медяшек – вовсе, но, кроме пустого самовара, ничто не сулило кадетам ужина, а последний раз они ели еще на рассвете. Животы вразнобой подвывали, словно устроив концерт духового оркестра.

Тогда общим советом было решено отправиться на поиски пищи, а вести отряд поручили Диане – только ее безупречный нос мог привести их к лучшей еде в околотке.

– Пиффа севафимов! – пробормотал Лес с набитым ртом, прикрывая красные глаза. – Фтоб я фдох.

Спустя полчаса они уже сидели за выскобленным столом в трактире «Поющий осел» и им уже принесли на трех подносах больше еды, чем они когда-либо видели за раз.

Первым делом каждый сунул по куску хлеба в каждый карман мундира, а Илай – по два.

Чего там только не было: и пироги с грибами, луком и красной рыбой, и кабанятина на кости, и цыпленок, запеченный прямо в цельной тыкве с крупными зубчиками чеснока и заботливо укрытый слоем плавленого козьего сыра, и множество прочей снеди.