Мой Каракурт

Сами шли в школу, сами и возвращались. А букетов цветов не помню. Была линейка, поздравили с первым днем учебы – и на этом торжество закончилось.

В то время не было ни у кого телефонов и часов. Время определяли по солнцу, я еще точно определяла время по тени. Часы раньше не переводили. Стабильное время, стабильное состояние жизни. Еще мы определяли время по репродуктору, который висел на столбе у почтового отделения рядом с сельсоветом и начинал вещать с шести утра. Начиналось вещание гимном Советского Союза и заканчивалось в 24 часа им же.

И каждый час – «Точное московское время – тринадцать часов» («четырнадцать часов», «пятнадцать» и т.д.).

Помню, шли в школу и, возвращаясь, долго задерживались у репродуктора и слушали песни Шульженко, Зыкиной – их включали по заявкам участников ВОВ. Но особенно нам нравилось слушать мелодии – Прокофьева, Свиридова, Кобалевского, Хачатуряна, Шестаковича, Дунаевского, Хренникова. Возле речки задерживались, обсуждая певцов, композиторов – нравится, не нравится.

Также долго слушали по радио, как читали списки военнослужащих, люди которые потерялись во время войны, искали своих родственников. Мы, дети, рожденные после войны, играли в войну и военные игры.

Так как в селе не было большой школы, все дети села учились в разных домиках села, обычно с двумя комнатками. Школьные классы были возле церкви, Чайной, в доме, где сейчас Правление колхоза, в домике бывшего интерната, в нижней школе.

Нам посчастливилось первые два года проучиться в домике с двумя комнатами, где сейчас находится сельский Дом Культуры.

В нем учились наш класс с классным руководителем Желясковой Верой Юрьевной и класс «Б» с классным руководителем Михайловой Надеждой Сергеевной.

Нелегко было нашим первым учителям. В саду мы, в основном, говорили на албанском, гагаузском, болгарском языке. А вот русского языка мы там не слышали, да и не от кого было – в селе в то время русских не было. Пришлось учительнице учить нас говорить, хотя бы элементарно, на русском языке, не будет же она вести уроки одновременно на трех языках.

Как же трудно мне было выучить русский язык! За весь первый класс я с большим трудом освоила азбуку и долго не могла научиться читать. Я никак не могла взять в толк, почему же из букв «эм», «а», «эм», «а» получается слово «мама». По-моему, совсем другое слово должно получиться – куда же девается звук «э»?

Читать я толком не умела ни в первом, ни во втором классе.