Портрет психопата. Профайлер о серийных убийцах

Его приговорили к высшей мере наказания.

Подобных историй немало. Но, возвращаясь к Чикатило, должна сказать, что он, безусловно, явился своего рода мерилом, с которым сравнивали всех последующих душегубов. Наверняка уважаемый читатель не раз натыкался на всевозможные статьи в СМИ о совершенно разных отечественных убийцах. И тем не менее их неизменно, для красного словца, так и стремятся сравнить с Чикатило.

Казалось бы, о Ростовском Потрошителе известно абсолютно все до мельчайших подробностей.

Несмотря на это, грозный образ маньяка по-прежнему окутан гипнотической тайной, которую хочется разгадывать снова и снова.

Не открою секрет, если скажу – уродливое, как и прекрасное, очень притягательно. Джоконда Леонардо да Винчи завораживает нас не меньше, чем причудливые монстры Иеронима Босха.

В этой главе я не ставлю своей целью описывать всю хронологию событий и детально разбирать ход следствия, приводить имена жертв и обстоятельства их убийства. Этой информации в сети достаточно, и читатель без труда может найти ее самостоятельно.

Хочу сфокусироваться на самых ярких и значимых, на мой взгляд, моментах, поделиться своей интерпретацией, объяснить неточности, рассказать о сложностях и подсветить малоизвестные факты.

Советского Джека-потрошителя расстреляли, когда ему было пятьдесят семь. В ожидании приговора суда – в отличие от некоторых маньяков (например, Геннадия Михасевича) – Чикатило истерически бился за свою жизнь. Не хотел умирать.

И совершенно не думал о славе. Пятьдесят семь лет – это вроде бы не так уж и много, но, на мой взгляд – профессиональный и человеческий, – «великий и ужасный» негодяй был непозволительным долгожителем.

Тихий и забитый

Чикатило рос болезненным ребенком. Это характерно для многих маньяков, в том числе и для тех, о которых я буду рассказывать в следующих главах. Еще при рождении врачи нашли у него признаки водянки головного мозга. До двенадцати лет он страдал недержанием мочи – один из признаков, входящих в триаду Макдональда, о которой я упоминала в начале книги.

Позже в камере для смертников в интервью очередному журналисту Чикатило сказал: «Мне говорили, что с детства у меня было все запрограммировано, такая судьба у меня была и все. Мне врачи говорили, что ты уже свихнулся, еще с детства…» *

Когда Чикатило шел пятый год, его отца забрали на фронт, и он остался с матерью на оккупированной фашистами территории.