Сказ о жреце Раме

Они придут как защитники от возрождающихся варваров, поэтому их будут встречать открытые ворота, а не лучники на стенах. Северные племена принесут мир и знания, которые у них остались от их предков, ушедших туда, куда пойдёшь ты. На тебе большая и ответственная миссия – укрепить стяг Бога Единого, который готов рухнуть под напором колдунов диких племён. Но принимать решение тебе, ибо, добро принуждённое, навязанное насильно не есть добро. И с тобой, кто пойдет, то пойдёт добровольно, без принуждения, но с объяснением.

Такова просьба пославшего меня. И немного от меня лично: никогда не бойся перемен, иначе мечты так и останутся мечтами. Бог ведёт нас в то место, где кто-то ещё может спастись.

На миг солнце, словно слегка притухло, но через миг мир засиял прежними красками и ароматом полевых трав. Минут пять Рама стоял с приоткрытым ртом, давая возможность своим вспухшим мозгам осознать и переварить полученную пищу откровения. Это в городище какой-нибудь старик мог что-то посоветовать что-то просто так, надеясь на привычное авось, но на Небе просчитывается всё и на много лет вперёд, учитывая многие варианты.

Хотя человеческий фактор, человеческую непостоянность стопроцентно просчитать нельзя. И это понятно.

– Вот тебе, бабка Матрёна, и новый год. Значит, год. Максимум – два. – Рама начал слова с сомнением, но закончил уверенно, приняв решение.

По дороге домой Рама увидел пацанёнка и отправил его за Бальдером. Поднять народ с насиженных мест и двинуть его за тридевять земель – это не просто трудная, а невероятно трудная задача.

Под стать только таким лидерам как Ари-ан. Рама успел приобрести авторитет, но не настолько же. Поэтому его мысли сумбурно бегали по извилинам, хаотично перепрыгивая с одной на другую, а иногда и сталкиваясь, тогда он тряс головой, как собака, вылезшая из воды, чтобы хоть как-то распределить свои мысли по местам.

– Бальдер, перед закатом собери народ пред священным деревом. Собирай всех, даже тех, кто приехал с селений продать свой товар.

Это касается всех. Мне надо донести до них слово богов, открытое мне сегодня поутру при молении. Не спрашивай, пожалуйста, у меня ничего. Я сам не могу пока отойти от услышанного. Иди, а я помолюсь в тишине.

Перед закатом, когда дальний лес стал похож на темный шарф, подпоясывающий горло заходящего солнца, у капища собралось сотен пять-шесть разномастного народа от нищих попрошаек до степенных, богато одетых купцов и свободных от дежурства воев.