Легенды и мифы Древнего Востока

Вместо себя на роль третейского судьи он выдвинул кандидатуру богини Нейт,[13 - Нейт – богиня войны и охоты; позднее – богиня плодородия и ткачества.] и Тот со всеобщего согласия отправил послание в Элефантин, запрашивая мнение воинственной богини по этому трудному вопросу.

Ответ Нейт последовал быстро: «Трон Осириса должен получить Гор! А Сет может в утешение взять в жены парочку дочерей Ра, раз от бедняги сбежала его жена Нефтида».

– Слава премудрой Нейт! – в один голос воскликнула Девятка, когда Тот огласил это письмо.

Возможно, на том бы и кончился многолетний раздор Сета и Гора, если бы не стариковское упрямство Ра.

– Никогда Гор не получит трон Осириса! – прокашлял Ра. – Разве под силу царствовать тому, кому еще не исполнилось двух сотен лет?

Девятка разразилась негодующими криками, но это лишь еще сильнее разозлило старика. Бог Солнца заявил, что раз с его мнением здесь не считаются, он вообще не желает разговаривать ни с кем из Девятки! С этими словами Ра демонстративно улегся на землю, повернувшись к Эннеаде спиной.

Так старик пролежал много дней, несмотря на радикулит, полученный во время странствования на Ладьях; только к исходу месяца веселая Хатхор сумела развеселить отца песней и плясками и уговорить его сменить гнев на милость. Держась за поясницу, Ра снова занял место в судейском кресле, однако после этого разбирательство не пошло быстрее.

Мало того – вслед за Гором и Сетом перессорились все остальные боги: теперь потолок Великого зала так и дрожал от брани, взаимных попреков и оскорблений.

– Посмотрим, как без меня вы справитесь со змеем Апопом! – встряхивая огненно-рыжей гривой, орал шантажист.

– Нет-нет, только не это! – охнул Ра, вспомнив, что лишь в присутствии Сета плаванье проходило более-менее гладко. – Конечно, трон Осириса должен принадлежать тебе, ведь ты такой могучий и опытный воин!

– Опытный интриган! – крикнул Шу.

– Узурпатор! – поддержал его Геб.

– Потрошитель! – добавил Тот.

И страсти забушевали с новой силой. Не на шутку разошедшиеся боги во всеуслышанье поливали друг друга нецензурной бранью; от одного особенно крепкого словца, вырвавшегося у Ра, даже невозмутимый секретарь суда выронил из рук камышовое перо.

– И это говорит тот, кто обещал сделать моего сына владыкой Обеих Земель! – всплеснула руками Исида.