Приказ о ликвидации

Когда я вломилась в квартиру, моя мама чуть ли не в истерике кинулась меня обнимать. Слезы текли по ее лицу, а слов она так и не смогла найти. Я посмотрела на нее, а потом сказала:

– Мама, приготовь кровать в моей комнате. Маму этого ребенка убили боевики на моих глазах. Они просто расстреляли женщину и все.

Я не ожидала такой реакции от своей матери. Она без ворчаний кинулась в мою спальню и сделала все, о чем ее попросила. Удивительно? Ее словно подменили. Уложив малыша в кровать, мы пошли на кухню. За свои двадцать лет я еще не видела войну, а теперь она дышит мне в затылок.

А моя мама печально посмотрела на меня и сказала:

– Тебе необходимо покинуть территорию Украины. Грядет что-то плохое и страшное. Необходимо уезжать из страны как можно быстрее!

Я не слушала свою мать. Просто не могла понять, куда смотрят власти? Почему они не вводят военное положение? У нас уже громят город. А если взять весь юго-восток – то он горит, и начинаются обстрелы. Я толком не осознавала, что те, кто незаконно захватил власть, ведет войну с собственным народом.

Взглянув на свою мать, сказала:

– Мама, почему они устроили войну с собственным народом? Почему они убивают граждан своей же страны?

Она угрюмо посмотрела на меня, а потом зарычала:

– Тебе уезжать нужно! Доченька, дальше будет только хуже, понимаешь? Я была на войне в Афганистане и знаю, что это такое, а ты нет! Поэтому будешь слушать меня! Ты немедленно соберешь свои вещи и покинешь Украину!

– Я никуда не поеду! Сейчас врачи и тут нужны! Тем более, ты сама только что сказала, что знаешь о войне все! Я так же, как и ты, давала клятву и сдержу ее! – дерзко ответила я и обрубила окончательно свой разговор.

Встав из-за стола, направилась за аптечкой, как вдруг за окном разнеслась стрельба и взрывы, от которых у нас повылетали стекла. Маленький мальчик в истерике заполз под кровать, а я от неожиданности упала на пол. Быстро поползла к ребенку. На улице были слышны крики и стоны, а я крепко прижимала к себе этого мальчика. Мама оставалась на кухне, на удивление даже не плакала. Через некоторый отрезок времени я крикнула:

– Мама!

Но она молчала. Я еще раз крикнула:

– Мама! Мама, ты меня слышишь?!

Ответа не было. Я посмотрела на мальчика, а потом прошептала тихонечко:

– Я сейчас приду, а ты не вставай. Сиди тут, хорошо?

Сквозь звуки стрельбы и стоны я доползла по полу на кухню, от увиденного замерла. Мама лежала вся в крови посреди комнаты, а в стене была видна улица.