Поговори со мной, мама

А примера правильной жизни перед глазами нет.

В дни своих беспризорных скитаний я познакомилась с девочкой. Она была очень красивой и смелой, но при этом шалавой по призванию или, как тогда говорили, «слабой на передок». Где, с кем, как их много – все это ее не заботило. Но так как мы теперь шатались вдвоем, а она готова была давать всем без разбора, мы стали впутываться в глупые истории еще чаще. Однажды эта девочка предложила посмотреть на ее знакомых с точки. Точкой называли место, где работали уличные девчонки.

В девяностые проститутки стояли на проспектах и улицах. Это было обычным делом, никто этому не удивлялся. Мы отправились на точку, но смотрели издалека: подходить близко боялись. В то время на них часто устраивали облавы. Милиция пасла девиц каждую ночь. Несколько дней мы ходили наблюдать за процессом: как себя ведут девчонки, как к ним подъезжают машины, что происходит потом, как далеко отъезжают и спустя какое время возвращаются обратно. Было очень интересно и страшно одновременно.

Некоторых девочек с точки моя приятельница знала по съемной квартире. В то время она каким-то образом проникла в эту тусовку и иногда ночевала у них. Но сама на улице не работала, это я знала точно. Однажды она рассказала, что девочки дома обсуждали переезд в Москву, точно такая же работа, только на квартире. Деньги совсем другие, значительно больше. Кто-то из сутенеров организует поездку и присоединиться могут все желающие. Не знаю, как мне пришла в голову эта идея, возможно, я хотела показать маме, что она ошиблась и я справлюсь без нее, и вот я уже еду вместе с этими девочками в машине в столицу.

Хорошо понимаю зачем, и все равно еду. Абсолютно неправильное и скверное решение.

ГЛАВА ПЯТАЯ: Дома ты не нужна

Нас никто не принуждал, не забирал наши документы, никакого давления не было. Да и забирать было нечего, паспорта у меня еще не было. До 1997 года первый паспорт гражданину выдавали в шестнадцать лет, но, когда мне исполнилось пятнадцать, вышел новый указ и теперь документ можно было получить с четырнадцати.

Но так как это совпало еще и с поэтапной заменой документов СССР на паспорта нового образца РФ, эта бюрократия растянулась на несколько лет. И в итоге первый паспорт у меня появился только в семнадцать.

Когда я приехала в Москву, мы с девчонками два месяца просто жили на съемной квартире и ничего не происходило. Мне шестнадцать лет, 1999 год. Нет ни паспорта, ни мозгов. А потом все завертелось.