Впрочем, неважно. Нерасстанное (сборник)

Заплачу любые деньги. Кстати, о деньгах. Нельзя ли как-нибудь разжиться рублями 1724 года?

– Тоже для банкета? Да, капитально готовишься.

– Что делать, заказчик с прихотью.

– Верховую езду, пожалуй, устрою, а с деньгами не обещаю. Разве что наши «фальшивые» червонцы подойдут, которыми в театре на банк ставят?

– Подойдут, на худой конец, – сказал я, скрепя сердце, – а они хоть похожи на настоящие?

– Специалист только различит.

«А ну, как различит?» – подумалось мне, и вообще не хотелось прибегать к мошенничеству – с детства не любил.

– Нет, не надо, спасибо. Поищу настоящих, заплачу хорошо.

– Что это ты вдруг деньгами швыряешь? «За езду заплачу, за нумизматику заплачу». Хороший же контракт подписал!

– Да, не жалуюсь.

– Так насчёт меня не забудь. Когда банкет?

– Банкет точно пока не назначен, а, наверное, недель через шесть.

– Договорились.

– Самое главное, чуть не забыл – паспорт, бумаги какие-нибудь. На банкет только с документом соответствующим пускают.

Разговор с Омегой, как я стану называть вслед за Германом второго своего компаньона, был довольно затруднителен. Сначала дело пошло быстро – я объяснил, что изобрёл машину времени, обозначил задачу, стоящую перед Омегой, заметил, как хорошо ему за то заплатят, сравнил условия его существования нынешнего с предполагаемыми (Омега разразился бранью в адрес начальства «ничего не выслужил, грошовая пенсия…»), но дальше всё застопорилось.

– Конечно, не справедливо, а вот окажи ты подобную услугу персоне, о какой тебе толкую – вот ты уже и владелец сотен душ.

– Чего?

– Значит – людей. Они станут работать на тебя.

– Брешешь!

– Зачем же? У тебя будут усадьбы, слуги, всякие удовольствия. Например, домашние музыканты, дорогие лошади, собаки.

– Я такое не ем.

– И правильно делаешь. Я тоже не люблю. А в те времена и никто не ел собак и лошадей, они нужны были для охоты.

– Брешешь!

– Видишь, работы не много – награда велика. Тебе и не такое приходилось исполнять, а что взамен?

Омега разразился бранью в адрес начальства.

– Именно. А она даст тебе такой чин, что ты станешь господином обширных земель и множества душ.

– Чего?

– Значит – людей. Ты будешь им приказывать, и они будут повиноваться.