Наследница старца Зосимы

В ту пору почти всегда на себя болезни брать стал… Вот исцелил хроменького, а сам неделю целую еле иду, так нога заболит… И другое всё – так же…

И, по недомыслию, это за великое благо почитал: что страдания на себя приемлю за других… Думал, что и можно, и правильно своей болью – чужой грех искупить…

Так чуть не умер тогда.

Подобрала меня женщина вдовая – в беспамятстве у реки лежащего. В дом свой из милости взяла, жить оставила.

У неё долго пролежал хворый.

Когда чуть-чуть поправился, то по хозяйству ей помогать стал.

Был тот период жизни моей особенный, светлый. Словно заново родился! К телу медленно силы возвращались. А любое дело в саду, в огороде, в хозяйстве – простое счастье приносило!

Может, так было оттого, что никогда не было у меня своей земли, своего дома. А тут – вроде хоть и не свой, но дом, где я нужен, земля, которая ухода просит… А может, оттого хорошо было, что каждое моё дело простое – радость той женщине приносило!…

По сию пору вспоминаю то добро, что от неё получил! В неоплатном долгу пред ней!…

Аглая, так её звали…

Любила она меня – такой любовью самоотверженной и бескорыстной, на которую бывают способны иногда именно женщины… Вроде бы и мыслей у них про Бога в такой их любви нет, но Бог Себя – в той любви являет с Ясностью и с Силой большой!

А в простых делах и словах её столько было подвига душевного, мудрости простой и любви, о себе не помнящей, – что до сих пор вспоминаю и учусь тому, как можно в неприметном труде людям помогать!

У неё сын был, Егорка, тринадцати лет.

Ни ходить, ни стоять не мог он совсем, сидеть только мог. Дома он ложки резал да расписывал, корзины плёл…

Хороший парнишка, добрый, смышлёный! Я его грамоте тогда учить стал, чтобы мог ещё и этим в помощь матери зарабатывать хоть понемногу.

Решил я остаться у Аглаи, пока Егорку на ноги не получится поставить.

А исцелить-то его – у меня не выходило никак! Не давал Бог это сделать, пока не вразумит меня о многом: о том, как через болезни и лекарю и больному учёба даётся, в которой помощь великая для душ обретается! О том также – как каждое событие происходящее не на одного только человека влияет, но на многих распространяется.

Было то время для меня поворотное, ибо стал постепенно Божий Голос слышать, разъяснения получать.