Выжига, или Золотое руно судьбы

* * *

С превеликой осторожностью Мазур пробирался по летнему лесу, пронизанному теплыми лучами августовского солнца.

Веревку, которой связали его партизаны, он благополучно перетер о корень. Веревка оказалась крепкой, освобождение заняло чуть больше времени, чем хотелось бы, ну да главное, что живой и на свободе. О погибшем партизанском отряде старался он не думать, да и что в этом толку: думай не думай, назад никого не вернешь. Может, если бы послушались его, были бы до сих пор живы.

Впрочем, если бы они были живы, сам Мазур, скорее всего, был бы мертв.

Лейтенант понимал, что перемещаться среди бела дня по прифронтовому лесу – дело крайне рискованное. Он, конечно, держался осторожно, но, как говорится, на всякую мышку есть своя кошка. К тому же, как известно, каратели-эсэсовцы часто ходят с овчарками – и тут уж таись не таись, а очень скоро тебя унюхают и отправят на встречу с предками.

Значит, будем искать убежище, а в путь отправимся ночью, решил он.

Однако перед тем, как залечь во временную берлогу, хорошо бы поесть. Плохо только то, что в бега Мазур пустился без подготовки и, кроме кисета с махоркой, спичек и компаса, ничего при себе не имел. Оружие у него забрали партизаны, так что он теперь даже тетерева подстрелить не мог или кролика какого-нибудь захудалого. Впрочем, и при наличии пистолета все равно не стал бы он стрелять в лесу – на шум явились бы эсэсовцы, и тут уж любому небо показалось бы с овчинку.

Можно было, конечно, насобирать ягод, однако ягоды в лесу немытые – как раз получишь дизентерию. Вот если бы нашелся какой-нибудь ручеек, это стало бы спасением уже потому хотя бы, что и пить лейтенанту тоже очень хотелось. Прошлой ночью прошел небольшой дождик, и Мазур попил с ладони, но этого явно было мало.

Имелись, конечно, способы добыть воду вручную, даже без ручья или озера притом. Но для этого нужен был по меньшей мере котелок, куда добытую воду собирать.

Вот что надо было взять у партизан – котелок, а вовсе не пистолет, из которого под носом у немцев все равно стрелять не станешь.

Бесшумно передвигаясь по лесу, лейтенант добрался до низины, где буйно разрослась разного рода мелкая лесная растительность – от клевера и крапивы до зверобоя и ромашек. Земля здесь была влажная, хотя ни озер, ни ручьев как будто бы нигде не наблюдалось. Лейтенант подобрал сухую корягу, начал ковырять ей почву.